Знакомую осуждают по 159ст.ч3. Она согласна возместить ущерб. Может ли она рассчитывать на условно?

Мы вам что-нибудь смягчим

Знакомую осуждают по 159ст.ч3. Она согласна возместить ущерб. Может ли она рассчитывать на условно?

В Госдуму поступил проект поправок в УК, снова несущий поблажки бизнесу. Автором законодательной инициативы стал президент Владимир Путин. Одно из предложенных нововведений — изменение ст. 76.

1 УК («Освобождение от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности»), которое предлагает прекращение уголовных дел по незначительным экономическим преступлениям с условием, что обвиняемый полностью возместил причиненный вред.

photoxpress

На данный момент в этой статье уже обозначены налоговые преступления, и законопроект предлагает дополнить их большой частью «мошеннических» дел. Речь идет о самых мягких составах статей 159.1–159.

6, которые устанавливают ответственность за мошенничество с кредитами и страховками, а также за махинации с использованием электронных платежных систем и компьютерной информации. Изменения коснутся и ответственности за мошенничество в сфере предпринимательства, сейчас описанной в ч. 5–7 ст. 159 УК.

Наказание будет мягче за некоторые случаи растраты (ч. 1 ст. 160 УК) и причинение имущественного ущерба путем обмана (ч. 1 ст. 165 УК).

В пояснительной записке указано, что проект направлен на «дальнейшее формирование благоприятного делового климата в стране, сокращение рисков ведения предпринимательской деятельности, а также на создание дополнительных гарантий защиты предпринимателей от необоснованного уголовного преследования».

Звучит все замечательно. Но вряд ли что-то изменится. За «смягченные» преступления, о которых идет речь в поправках, и до этого не сажали (либо штраф, либо исправработы). Потому что большим «спросом» у силовиков пользуется любимая ч. 4 ст. 159 УК («Мошенничество в особо крупном размере» — размер же или группу лиц по предварительному сговору «нарисовать» всегда возможно).

И ее как раз никакие изменения не затрагивают. А статья — «резиновая», и заводились по ней тысячи уголовных дел. И будут заводиться.

Потому СИЗО как были переполнены закошмаренными коммерсантами, не пожелавшими платить за «крышу» или не захотевшими, чтобы их бизнес отжали, так и будут ими наполняться.

«Это очередное коррупционное поле деятельности. Просто расширили кормовую базу для силовиков», — полагает адвокат Мария Серновец.

«Это не смягчение, а имитация смягчения, — говорит краснодарский адвокат Михаил Беньяш. — Властям для реальной гуманизации нужно запретить сажать людей по экономическим статьям. Все.

Когда мы, адвокаты, в судах говорим: «Как же так, вы закрываете людей по предпринимательской деятельности», следствие, прокуроры и судьи в ответ: «Это не предпринимательская деятельность».

Трактуют, как им удобно».

Многие юристы сходятся во мнении: лучше, если бы президент вместе с членами ОНК хоть раз посетил СИЗО, переполненные «экономическими».

Или посетил какой-нибудь Тверской или Басманный суд в Москве и собственным глазами увидел, как выносятся однотипные решения об арестах предпринимателей при всем разнообразии альтернативных мер пресечения.

Да, в сфере бизнеса люди не ангелы, и иногда они действительно совершают преступления. Вопрос лишь в том, чтобы они получали то наказание, которое прописано в законе, а не то, которое придумали для них следствие и суд.

Уклониться от смягчающих поправок силовикам несложно. Чтобы «закрыть» предпринимателей, к предъявленным экономическим статьям достаточно добавить «тяжелую» 210 статью УК («Организация преступного сообщества»).

Что же касается огромных сумм ущерба, то зачастую фантазия следствия в этом вопросе безразмерна.

«Например, по делам, связанным с хищениями в ходе строительства и поставок услуг для госнужд, следователи сумму ущерба вообще с потолка берут, — говорит адвокат Руслан Коблев. — Больше ущерб — больше резонанс, а затем в суде выясняется, что ущерб три рубля».

В «деле ЮКОСа», как сейчас помню, в одном из эпизодов было прописано хищение более 60 триллионов долларов США. Защита и обвиняемые пытались объяснить следователям, что вообще-то это более 500 годовых бюджетов РФ и похитить столько нереально.

«Что, совсем много нулей написано?» — спросили следователи и в итоге 12 нулей решили зачеркнуть.

Адвокат Михаил Беньяш обращает внимание, что в российском законодательстве квалифицирующие размеры ущерба вообще не менялись 15 лет:

«Вот как был в 2003 году крупный ущерб в 250 тысяч рублей, так и остался в 2018 году таким же. Особо крупный ущерб был миллион рублей, спустя 15 лет остался прежним. Представляете, что за это время инфляция сделала с этими суммами? Реально полстраны можно пересажать. У нас Первый изолятор в Краснодаре забит коммерсантами. На любые гражданские правоотношения можно «натянуть» мошенничество и отправить человека в тюрьму даже за «крупный ущерб» в 250 тысяч рублей. Поэтому надо менять квалифицирующий размер ущерба, увеличивать его».

Второе нововведение от президента — ужесточение требований к изъятию силовиками электронных носителей информации. Поправки запрещают это действие без решения суда.

Но и тут есть оговорки: если следствие придет к мнению, что есть риск использования техники «для продолжения криминальной деятельности» или на технике есть информация, которую владелец не имеет права хранить, то можно все и без суда. Как думаете, к какому мнению придет следствие?

Источник: https://novayagazeta.ru/articles/2018/11/29/78749-my-vam-chto-nibud-smyagchim

Чистосердечное возмещение освободит от ответственности

Знакомую осуждают по 159ст.ч3. Она согласна возместить ущерб. Может ли она рассчитывать на условно?

Владимир Путин внес в Госдуму проект поправок к Уголовному кодексу (УК), призванных смягчить преследование бизнеса силовиками по так называемым предпринимательским статьям. Изменения позволят прекращать уголовные дела, в первую очередь, по нескольким составам мошенничества, в случае возмещения обвиняемым ущерба от его действий.

Поправки к Уголовно-процессуальному кодексу (УПК) потребуют от оперативников искать серьезные основания для того, чтобы изымать электронные носители информации.

Но в Госдуме сетуют, что в проекте нет значимых послаблений по «самой одиозной» в бизнес-среде формулировке обвинения — «мошенничество в особо крупном размере», а силовики уже видят пути обхода вводимых в УПК ограничений.

Проект поправок был внесен в Госдуму Владимиром Путиным 24 ноября. Первое важное изменение, которое предлагается депутатам,— изменение статьи 76.1 УК РФ. Поправка должна будет регламентировать прекращение уголовных дел за полным возмещением вреда обвиняемыми.

К уже значащимся в этой статье налоговым преступлениям глава государства предлагает добавить значительную часть «мошеннических» составов, появившихся в УК РФ в 2012 году. Речь идет о самых мягких составах статей 159.1–159.

6, устанавливающих ответственность за кредитное и страховое мошенничество, а также махинации с использованием электронных платежных систем и компьютерной информации. Изменения коснутся и ответственности за мошенничество в сфере предпринимательства, сейчас описанной в ч. 5–7 ст. 159 УК РФ.

Кроме того, под смягчение попадают самые мягкие случаи растраты (ч. 1 ст. 160 УК) и причинения имущественного ущерба путем обмана (ч. 1 ст. 165 УК). После вступления поправок в силу можно будет избежать преследования, возместив ущерб от нарушения авторских и патентных прав (ч. 1 ст. 146 и ч. 1 ст. 147 УК РФ).

Также поправки предполагают освобождение от уголовного преследования руководителей, которые впервые допустили невыплату зарплат, но погасили все долги в течение двух месяцев с момента возбуждения уголовного дела (ст. 145 УК).

В пояснительной записке указано, что проект направлен на «формирование благоприятного делового климата в стране», «создание гарантий защиты предпринимателей от необоснованного уголовного преследования» и «сокращение рисков» для бизнеса.

О необходимости смягчения «мошеннических» статей УК РФ неоднократно заявляло бизнес-сообщество.

К примеру, в феврале 2018 года участники «Уголовного форума», который проводил в Ростове-на-Дону бизнес-омбудсмен Борис Титов, жестко критиковали «возбуждение тысяч уголовных дел» по фактам мошенничества и связанных с ними доследственных проверок.

В принятой по итогам форума хартии авторы требовали «полной переработки» мошеннических статей УК РФ и введения принципа «за экономические преступления — экономическая ответственность».

Эти просьбы нашли далеко не полную реализацию, констатируют в Госдуме. «Во втором чтении мы обязательно попробуем внести в смягчаемый перечень самую одиозную формулировку обвинения — мошенничество в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ.— “Ъ”).

По ней сейчас в тюрьмах тысячи невиновных людей, и амнистия для них уже давно назрела»,— сказал “Ъ” член комитета по госстроительству и законодательству Михаил Емельянов. «За те преступления, о которых идет речь в поправках, и так мало кого сажают»,— сказал “Ъ” собеседник в правоохранительных органах.

В громких «экономических» делах чаще всего фигурируют не смягчаемые поправками статьи, а остающаяся почти без изменений ч. 4 ст. 159 УК.

Второе серьезное изменение вносится в ст. 164.1 УПК — ужесточение требований к изъятию силовиками во время оперативных мероприятий электронных носителей информации.

Изменения предполагают запрет на такие действия, если у пришедших в фирму правоохранителей отсутствует решение суда об изъятии этих материалов или постановление о назначении судебной экспертизы по ним.

Еще одно основание забрать технику — риск ее использования для продолжения криминальной деятельности, наличие информации, которую владелец не имеет права хранить, или «заявление эксперта», что носители необходимо изъять. В последнем пункте опрошенные “Ъ” представители правоохранительных органов видят «дыру, которая компенсирует все остальные сложности».

«В России нет четкого законодательства об экспертной деятельности, поэтому заявить о том, что серверы или ноутбуки надо забрать, может простой сотрудник из полицейского центра спецмероприятий. Это просто на пару строчек расширит протокол об изъятии»,— объяснил один из них.

В нижней палате готовятся оперативно одобрить президентские поправки. Зампред профильного комитета по госстроительству и законодательству Вячеслав Лысаков заявил ТАСС, что «все инициативы главы государства носят приоритетный характер»: «Мы рассмотрим проект в максимально быстрые сроки, которые возможны по регламенту».

Всеволод Инютин

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/3811625

Юридический спектр
Добавить комментарий