Можно ли привлечь банк за нарушение личного пространства, если они постоянно звонят мне и на мою работу по поводу кредита моего брата?

Новый вызов для поколения миллениалов

Можно ли привлечь банк за нарушение личного пространства, если они постоянно звонят мне и на мою работу по поводу кредита моего брата?

Зачастую дети, родившиеся в нашем веке, умеют к моменту своего взросления почти все. Кроме одного: они поголовно не способны к самостоятельным решениям. И что с этим делать, не знает никто, включая и автора этих строк

Иллюстрация: Don Bishop/Getty Images

Правильная семья, воспитывающая ребенка в соответствии со всеми педагогическими веяниями XXI века: предоставлять возможности для развития, учиться должно быть интересно, у ребенка есть личность и ее нужно уважать.

— Он у нас с самого начала был способным и любознательным. Вот ему еще трех лет не исполнилось, а он уже все спрашивал: зачем это? Почему так? Мы ему всегда отвечали, и книжки покупали, и водили в разные интересные места, где были занятия для детей. Ему все нравилось — он на праздниках никогда ни клоунов не боялся, ни Деда Мороза, как, знаете, бывает, дети боятся…

И стишок всегда мог прочитать, и на вопрос ответить. В детский сад мы его уже ближе к четырем годам отдали, и там воспитатели удивлялись, как много он всего знает и умеет. А потом были всякие кружки, и он везде оказывался в первых рядах.

Вы, наверное, сейчас думаете: все родители считают, что их дети лучшие, но у нас не так — нам руководители кружков прямо говорили: ему все хорошо дается. И по музыке у него получалось, и по спорту, и рисовал он прямо удивительными такими, яркими красками — как будто солнцем все залито.

Читать, можно сказать, сам научился в четыре года — мы ему только кубики показали и книжки соответствующие. Очень математику любил — складывать, вычитать, дедушка наш с ним много этим занимался, в игровой форме, конечно…

— А-а-а-а… — говорю я спустя еще пять минут всяческих восхвалений в адрес неизвестного мне ребенка и описания усилий семьи по его всестороннему развитию. — А ко мне-то вы зачем сейчас пришли?

И  тут мне описывают ситуацию, от которой я очень тревожусь, потому что слышу про нее уже не в первый раз, а вот что с ней делать — не знаю.

Вкратце в этой (и в других подобных ей) семье происходит следующее:

Любознательного ребенка годами всячески развивают и развлекают — семья вкладывается не по-детски, но и без впадения в излишний раж, вполне разумно и эффективно. Английский, спорт, музыка — это само собой, для общего развития личности, ну и рисование у тебя хорошо идет, жалко бросать, и ты еще можешь выбрать, что тебе нравится, мы тебя поддержим.

Он выбирает и по-прежнему успешно занимается тем и этим, неплохо учится, сдает всякие зачеты и экзамены, получает разряд по этому и пояс какого-то цвета по тому. Всем (в том числе и самому ребенку) все это непрерывное коловращение нравится, все его любят и возлагают на него какие-то неопределенные надежды.

Постепенно его любознательность уменьшается, но это всем (в том числе и ему самому) кажется естественным, он же растет, требования в гимназии увеличиваются, не бывает, чтоб всегда два притопа, три прихлопа, надо сосредоточиться на сдаче переводных тестов…

Он вписан в некий ритм развития и обучения, и этот ритм всем (в том числе и ему самому) опять же кажется разумным и эффективным. Обучение идет, тесты вполне себе успешно сдаются…

И вот вроде бы виден свет в конце этого широкого и развеселого тоннеля, демократическая семья с самыми доброжелательными лицами садится в круг и говорит подросшему чаду:

— Ты прекрасен сам по себе, плюс мы чертовски много в тебя вложили за все эти годы. Чем же ты, такой прекрасный, займешься теперь? Разумеется, у нас даже и в мыслях нет диктовать тебе, но мы хотели бы знать…

И тут наступает первый неловкий момент. Чадо смотрит недоуменно и говорит:

— А я, собственно, не знаю…

— Как это не знаешь?! — неприятно удивлены родственники. — Да ведь ты же ко всему способный, выученный в хорошей школе, всегда на хорошем счету, плюс куда мы тебя только ни водили и ни возили и чему только ни обучали дополнительно… При таких вводных — должен обязательно знать!

Подросток с родственниками вполне согласен: действительно способен, действительно водили, возили, обучали. Следовательно — должен знать! Но не знает…

Постепенно семья начинает наседать и возмущаться: что же это получается — мы все делали зря? Столько лет, столько денег и столько человеко-часов… Вспоминают, как, чтобы поступить в хорошую школу, нанимали дорогущего репетитора, плюс дедушка после инфаркта по четыре часа в день с ним занимался…

— А я вас просил? — слабо огрызается чадо. 

Но на самом деле ему и самому неловко. Что происходит-то? Почему так? 

Постепенно подросток становится вялым и апатичным. Меньше времени проводит за уроками и больше — в компьютере и телефоне. Все прочие увлечения как-то сами собой рассасываются. В какой-то момент родители с ужасом обнаруживают, что чадо не то что из дома выгнать, но и с кровати-то поднять трудно. Лежит с телефоном и все.

— Что происходит?!!

Мне плохо. Я ничего не хочу. У меня нет сил. Меня ничего не радует. И я боюсь чего-то неопределенного. Что это? Ответ обнаруживается опять же в интернете. Кажется, я болен. У меня депрессия.

Он болен? Ну что ж, это многое объясняет. Мы все всегда делали хорошо и правильно. Просто он оказался нездоров. Значит, нужно лечение.

Чадо начинают лечить. Оно ворчит, но в принципе охотно лечится. И продолжает лежать на диване, теперь уже на законных основаниях.

Вся семья ходит с круглыми от ужаса и разочарования (они все на самом деле вовсе не дураки) глазами: неужели все было зря? А что же дальше-то будет?! Как он теперь вообще найдет свое место в жизни?! И что это будет за место?

***

И вот ровно таких, совпадающих прямо до деталей и формулировок в рассказах, случаев я видела уже не один и не два, и даже, пожалуй, не пару десятков. 

Что происходит — понятно.

Прямо сейчас подросло и выходит в жизнь первое поколение детей, родившихся в относительно стабильное время — начало XXI века. Именно в это время родители массово отвлеклись от борьбы за выживание (бороться больше не было нужно) и бросились воспитывать и развивать своих детей.

Спрос рождает предложение, и кружки, всякие интересности и развлекательности посыпались разноцветным дождем, под которым все: и дети и родители — охотно стояли и радовались. Учеба перестала быть делом ребенка и школы и стала делом семьи в целом.

Индустрия детских и семейных развлечений надулась огромным радужным пузырем. Дети учились чему угодно, кроме одного пункта, о котором просто забыли.

Они не умели быть сами с собой, не умели себя занимать ничем, кроме серфинга в интернете (ни на что прочее у них просто не оставалось ни сил, ни времени), и, как следствие, практически ничего о себе не знали.

Но параллельно с пристальным вниманием к воспитанию и обучению пришли и демократические идеи свободы выбора. Поэтому сказать: «А вот теперь пойдешь и станешь инженером» старшему подростку всем в таких семьях кажется неправильным.

Не для того мы столько времени старались, главное в этом мире — правильная самореализация, только так современный человек может быть счастлив. Но тут сразу получается противоречие, которого никто, кажется, не замечает. Ведь все эти годы над ребенком шел дождь из интересного обучения и познавательных развлечений.

Он никогда не глядел долго и задумчиво в пустое и высокое небо. Никогда не спрашивал себя: кто я такой? Чего хочу я сам?

И вот вдруг, как гром с того самого ясного неба, этот вопрос прозвучал.

Причем сразу в форме долженствования: ты должен выбрать. Сейчас, немедленно. Мы все ждем. Время не ждет. В тебя вложили, будь добр соответствовать сумме вложений.

И у ребенка по понятным причинам нет на этот вопрос ответа. Ему от этого страшно и предельно дискомфортно: нужно выходить в мир, а я не знаю, куда мне идти и что там делать. 

При этом он прекрасно понимает, что в него действительно вложили. Что делать? Сильные и глуповатые решают, что «мир дерьмо», бунтуют, огрызаются и уходят в протест.

Всем остальным легче признать, что это не «мир плох» (они же понимают, что их детство действительно было интересно-развлекательным), а «со мной что-то не в порядке».

Что делать потом? Убежать в болезнь, благо сейчас это модно и «как я болел депрессией» — один из популярных мемов в интернете.

***

Сегодня предлагаю читательский мозговой штурм. Есть описанный выше феномен, про который я, как специалист, вроде бы все знаю и понимаю. Но вот беда — не знаю пока, что с ним делать.

То есть как семье эту неприятную проблему профилактировать — с этим все более-менее понятно.

А вот если уже случилось и чадо уже лежит на диване, иногда даже с диагнозом — тогда что предпринять и куда двигаться? 

Что нужно предварительно отметить. Десять или уж тем более пятнадцать лет назад никто ко мне с такой проблемой не обращался. А сейчас с каждым годом ну просто в разы увеличивается количество обратившихся по данному поводу семей. 

Что еще важно?

Проблема касается только «хороших семей» и «внимательных родителей» старших подростков или даже молодых взрослых. То есть страдают от нее те семьи, где развитию и воспитанию детей годами уделялось самое пристальное внимание, много сил и времени.

Теперь хочу:

  1. проинформировать уважаемых читателей о самом существовании новой проблемы в и без того нелегком деле воспитания современных детей.
  2. Описать, как оно устроено, откуда, на мой взгляд, взялось и почему именно сейчас.
  3. А также набрать мнений, в надежде определить наиболее перспективное направление своих размышлений на эту тему и в конечном итоге разработать алгоритм действий для помощи обращающимся ко мне семьям.

Спасибо всем, кто откликнется.

Источник: https://snob.ru/entry/185308/

Банкам запретили беспокоить родных должников, если те не поручители

Можно ли привлечь банк за нарушение личного пространства, если они постоянно звонят мне и на мою работу по поводу кредита моего брата?

Важное, а главное своевременное решение обнародовал Верховный суд РФ. Он пересмотрел решения нижегородских судов по делу о выбивании долга с заемщика.

Но на этот раз вопрос о проблемах с должником оказался куда серьезней – речь идет не о самих нерадивых клиентах финансовых организаций и не о коллекторах. Суть вопроса – о незаконном поведении банков по отношению к близким должников.

Подчеркнем, речь идет именно о тех родственниках, которые к долгу клиента банка никакого отношения не имеют.

Итак, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда разъяснила для своих коллег судей и для граждан, что телефонные звонки родственникам должника с требованием возврата кредита незаконны, если абонент на другом конце провода не фигурирует в кредитном договоре и ни за что не поручался.

Проблема давления на должников для возврата денег сегодня актуальна, как никогда прежде. С действиями так называемых коллекторов все понятно – это незаконные организации, которые сегодня в стране действуют вне рамок правового поля. Напомним, закона о коллекторской деятельности пока в России нет, поэтому по закону покупать, продавать, взыскивать долги населения коллекторы не могут.

Но вот с самими банками, которые выдают деньги населению, все куда сложнее. Финансовые организации до недавнего времени вкладывали огромные средства, чтобы уговорить граждан “легко и просто” взять кредит на что угодно. При этом процентную ставку за это удовольствие многие банки скрывали, как могли. Истинных сумм, которые человеку потом придется выплачивать, также не раскрывали.

Задержаны коллекторы, напавшие на семью под Новосибирском

Таким образом, банкам удалось уговорить на кредиты немало граждан, которым с их доходами большие суммы взаймы прямо противопоказаны. В кризис ситуация с погашением кредитов обострилась, и должников у банков стало слишком много.

Зачастую, чтобы поправить дела, целые деревни брали кредиты и отдавали деньги своим руководителям на подъем хозяйств.

Итог этих шагов всем известен – сельчане остались с неподъемным долгами, а хозяева ферм, магазинчиков и кафе давно исчезли.

В этой патовой ситуации, когда возврат долгов стал проблемой, финансовые организации повели себя по-разному. Одни сами создали при себе коллекторские конторы, вроде как они тут ни при чем. Другие посторонним коллекторским конторам просто продали долги граждан. К слову, банки на передачу персональных данных своих клиентов коллекторам не имеют права.

Банки неправильно трактуют закон. В каждом банковском договоре сказано, что в случае невыплат взыскание можно передать “третьим лицам”. Но под ними по закону подразумеваются другие финансовые организации, а ни в коем случае не коллекторы, действующие вне закона. И, наконец, банки могут сами работать с проблемными клиентами.

Но такую работу, как подчеркнул Верховный суд, надо проводить по закону.

Все началось с того, что жительница Нижнего Новгорода обратилась в районный суд с иском к крупному банку о взыскании с финансового учреждения морального вреда.

Вред, который нанес женщине банк, она объяснила его поведением по отношению лично к ней. По рассказу истицы, она не имеет никакого отношения к этому банку. То есть не является ни его клиентом, ни заемщиком, ни поручителем.

Соответственно, и не считается должником по кредитам, взятым в этом банке.

Но кредит в банке был взят ее взрослым сыном. У него с погашением этого кредита проблемы. Банк и его представители, нарушая личные права, звонят матери на сотовый телефон, направляют на ее адрес письма с требованиями погасить задолженность по кредиту сына. Эти бесконечные дерганья причиняют женщине нравственные страдания.

Удивительно, но местный районный суд, а затем и Нижегородский облсуд отказали женщине и дружно встали на сторону банкиров, которые превратили в ад жизнь постороннего для них человека.

Женщине пришлось обращаться в Верховный суд. Там коллегия по гражданским делам пересмотрела решения своих нижегородских коллег и посчитала, что оно неправильное. В определении Верховного суда (от 12 апреля 2016 года N 9-КГ15-21) сказано следующее:

Коллекторы в Татарстане угрожали оклеветать должницу

“Сторонами обязательства являются кредитор (юридическое, физическое лицо или ИП, имеющее по отношению к должнику основанные на законе или договоре права требования просроченной задолженности) и должник (юридическое лицо, физическое лицо или ИП, имеющее перед кредитором просроченную задолженность). Под “должником” также понимаются поручители, залогодатели и иные лица, обязанные в силу закона или договора исполнить полностью или частично обязательство вместо должника либо вместе с должником”.

По мнению Верховного суда, банк обязан соблюдать защищаемые законом права и интересы третьих лиц, не являющихся участниками кредитных отношений.

Судебная коллегия по гражданским делам заявила, что звонки представителя банка матери должника, которая не является поручителем по кредиту сына, должны быть проверены на предмет добросовестности.

Верховный суд также указал, что проверке подлежит обоснованность и законность передачи банком персональных данных родственников должника третьим лицам.

Источник: https://rg.ru/2016/05/31/bankam-zapretili-bespokoit-rodnyh-dolzhnikov-esli-te-ne-poruchiteli.html

Восемь причин, по которым вам могут не дать кредит в банке — Финансы на vc.ru

Можно ли привлечь банк за нарушение личного пространства, если они постоянно звонят мне и на мою работу по поводу кредита моего брата?

Что банк может найти в вашей кредитной истории и что сделать, чтобы избежать отказа и получить необходимый кредит.

Павел Бабушкин, контент-директор Mycreditinfo.ru (Банки.ру)

Вы бизнесмен

Владельцев бизнеса ООО и особенно ИП банки кредитуют неохотно. И каждый раз подозревают, что деньги, полученные в виде потребительского кредита, вы пустите на развитие бизнеса. А это рискованно. Особенно, если бизнес молодой, хуже того — стартап, который не может подтвердить жизнеспособность своей идеи бухгалтерскими выкладками за три-пять лет.

Что делать

Предоставить в банк документы, что вы работаете по найму (если вы работаете, а ИП обеспечивает вам дополнительный источник дохода), залог — с ним проще получить кредит даже ИП. Или показать финансовую отчётность компании за несколько лет, которая укажет на то, что ваш бизнес развивается.

На вас что-то есть у службы безопасности

Служба безопасности в банке — одна из главных служб. Их мнение при рассмотрении заявки на кредит имеет такой же вес, как мнение экономистов. Если СБ говорит «нет», кредит не выдадут. Беда только в том, что базы, с которыми сверяются безопасники, несовершенны. Кто и когда, почему внёс негативную запись на заёмщика, выяснить невозможно.

Они получают отчёт (а в нём данные Федеральной службы судебных приставов, налоговиков, ГИБДД, ГУВД, ГУФСИН, из «черных списков банков», других организаций и ведомств), видят запись «рекомендуется отказ» и отказывают.

В вашей кредитной истории есть что-то пугающее и непонятное

Недавно был случай: бизнесмен обратился в банк за относительно небольшим потребительским кредитом на рефинансирование ипотеки. Нужно было 1,9 млн рублей.

При том, что он выплачивал и личные, и бизнес-кредиты довольно аккуратно (были неглубокие просрочки до 60 дней больше двух лет назад), общая сумма возвращённых денег превышала 60 млн рублей.

Он даже не думал, что возникнут проблемы. Возникли.

Один из кредитов венчала отметка «7» — «изменение условий кредитного договора». Обычно она появляется, когда кредит реструктурируют, а заёмщик находится на грани банкротства. При этом сам заёмщик утверждал, что всё погасил в срок.

У вас есть банальные просрочки

Клиент, который уже не платит другим кредиторам, не нужен ни одному банку. Это даже не звоночек, а заявление прямым текстом: «У меня нет денег, желания (нужное подчеркнуть) платить по своим кредитам. Дайте мне в долг, и я вас тоже обману».

Вы и так много должны банкам

Долговая нагрузка — это процент зарплаты, который вы платите банкам по всем кредитам. Отдаете пятую часть дохода, значит долговая нагрузка 20%. Банки считают нормальным, если заёмщик отдаёт по кредитам 30 — 40% заработка.

Выше — это уже экстремальная ситуация. Когда заёмщик выходит на рубеж 50%-60% платежей по кредитам он может испытать «психологический дефолт». Ему легче не платить никому, чем каждый раз расставаться с большей частью дохода.

Вы похожи на мошенника

В жизни заёмщика бывает всякое. Взял кредит и случилось что-то такое, что помешало сделать первый же взнос на погашение ссуды. И пошло-поехало: просрочка 30 дней, 60 дней, 90 дней… Для банка это признак мошеннических действий.

Как будто вы никогда и не собирались платить тот злосчастный кредит. Хорошо, если сейчас вам удалось его погасить и прошло уже два-три года после этого. Если нет, в кредите откажут, либо из-за открытой просрочки, либо потому, что посчитают вас мошенником.

Сведения о недавнем банкротстве

Согласно закону «О банкротстве физических лиц», в течение пяти лет в кредитной истории заёмщика зияет черная метка о проведении процедуры несостоятельности в его отношении. Прямо в титульной части документа. Это значит, что ни один банк не выдаст кредит заемщику, который уже списал свои долги.

Вы должны по чужим кредитам

Сюрприз-сюрприз. В вашей кредитной истории могут оказаться данные совершенно чужого человека. Так происходит, когда данные «задваиваются» и по ошибке в ваш отчёт заносят сведения о кредитах вашего полного тезки.

Больше других этой неприятности подвержены носители популярных фамилий — Смирнов, Кузнецов, Иванов. Какой-то другой Иван Иванович Иванов не платит по кредиту, а ипотеку не одобряют вам и не выпускают за границу тоже вас.

Юридический спектр
Добавить комментарий