Как поступить, если полиция задержала младшею сестру?

Мать жестоко убитой Стефании Дубровиной рассказала, почему такой исход был неизбежен – МК Санкт-Петербург

Как поступить, если полиция задержала младшею сестру?

Жуткая история недавно потрясла Петербург. Полиция задержала 19-летнюю девушку по подозрению в том, что она убила свою младшую сестру

Дочки отреклись от мамы

По официальным данным, около часа ночи 24 февраля, то есть после празднования Дня защитника Отечества, в квартире на Пулковской улице произошло убийство. Жертвой стала 17-летняя Стефания Дубровина — воспитанница детского дома.

На месте преступления была задержана ее старшая сестра Елизавета. Вскоре ее отправили в психиатрическую клинику, так как возникли подозрения, что девушка могла убить Стефанию, будучи невменяемой. На это указывает и способ расправы.

Младшая сестра была не просто зарезана, ее тело оказалось истерзанным.

Происходило все в квартире взрослого мужчины — общего приятеля сестер. Он якобы вышел в магазин, оставив девушек наедине, а когда вернулся, все уже случилось, ему оставалось только задержать Лизу до прибытия полиции.

— Когда я прочитала в новостях про убийство на Пулковской, еще не писали, кто кого убил, я сразу поняла, что это они, — говорит мать Елизаветы и Стефании Оксана Дубровина. — Я и раньше знала про эту квартиру, про то, что Стеша там бывает. Это недалеко от колледжа, в котором она училась.

Оксана была лишена родительских прав на обеих дочек несколько лет назад. Причем девочки сами пришли в органы опеки и написали соответствующее заявление, попросились в детдом. Мать лишь позже согласилась с этим. Ситуация из ряда вон.

— Я их «утопила» сознательно, — признается Оксана.

— Но зачем? — уточняю у матери, которая говорит все это с совершенно каменным лицом.

— Потому что или всех «топить», или только их. Если бы еще раз встал выбор между старшими дочерьми и остальными детьми, я бы сделала то же самое ради других детей. Иначе была бы пожизненная война, в которой пострадали бы все, — говорит Дубровина. — Пока они не написали это заявление, я за них сражалась.

Проститутки не меняются

Семья Дубровиных не обычная, но, как оказалось, в плохом смысле. У Оксаны семеро детей. Растит их она одна. Ее бывший супруг исчез несколько лет назад. По одной из версий, его убили.

Отец самого младшего, седьмого ребенка с семьей не жил. Судя по всему, у него были новые отношения. Прошлой осенью он полетел отдыхать с подругой и ее маленькой дочкой в Египет.

Все они погибли в авиакатастрофе над Синаем 31 октября.

Оксана Дубровина не скрывает, что воспитывает детей силой. Шлепнуть и накричать в порядке вещей. Елизавета и Стефания не были исключением.

— Все дети, пока маленькие, у меня хорошие. У Лизы и Стеши тоже были пачки грамот. Но в подростковом возрасте все изменилось. С 15 лет стали знакомиться с мужчинами в возрасте, и начались проблемы, — говорит Оксана Дубровина. — И я знала, что рано или поздно это тем и закончится, чем закончилось.

— Но, может быть, с возрастом это прошло бы, переросли, изменились бы?

— Вы видели, чтобы проститутки менялись? — парирует Оксана.

Она не стесняется называть своих дочерей проститутками и не строит иллюзий по поводу модельного бизнеса Стефании.

— Стеша за все свои фотографии сама платила. Ее снимали не потому, что она модель, как сейчас говорят, а просто за деньги, — уверена Оксана.

— А когда она со Стасом Барецким связалась (девушка вместе с ним участвовала в уничтожении импортных товаров в магазинах в прошлом году, что и попало в видеоролики. — Ред.

), я ее так прямо и спрашивала: «Не стыдно быть шалавой Барецкого?» Она только отмахивалась.

На страничках Стефании «ВКонтакте» много весьма откровенных фотографий. Это притом, что девушка была несовершеннолетней, и у следствия должны возникнуть вопросы к фотографам и мужчинам, с которыми она встречалась. Обращала внимание на эти снимки и Оксана. Хоть и лишенная прав, но все же мать, она пыталась жаловаться в полицию.

Но там удовлетворились объяснением самой Стеши. Своим воспитателям в детском доме она заявила, что все эти странички и снимки выложила… ее мама. Дальше никто разбираться не стал. Хотя, возможно, еще тогда можно было предотвратить трагедию. В конце концов детдом, где воспитывалась девушка, мог бы лучше следить за ее отлучками.

— Я как-то была у них. Мне показали, где жила Стеша, — там же пыль лежала такая, будто полгода никто туда не приходил, — рассказывает Оксана. — Лиза тоже несколько лет жила в этом детдоме.

Сестры были как подружки (впрочем, по другим сведениям, они и 15 минут не могли провести вместе, чтобы не начать ссору. — Ред.), спина к спине дрались с остальными.

Однажды Лиза упала и ударилась головой, у нее была черепно-мозговая травма, лечили в больнице, потом врачи назначили ей лекарство, побочным эффектом от которого стало психическое заболевание.

Она жаловалась, что в детдоме ее перекармливали этими таблетками, начались галлюцинации, ей поставили диагноз, о котором сейчас вспомнили. И я уверена, что она не убивала Стешу, она стала лишь свидетелем. Меня не пускают к Лизе в больницу, но я смогла передать ей небольшую посылку. Если она ее получила, то поняла, что я на ее стороне.

Не в первый раз

В такой ситуации надо бы посочувствовать матери. Но все не так однозначно. И, возможно, причина случившегося кроется в самой Оксане и ее методах воспитания. Понятно, что справиться одной с семью детьми непросто, чтобы не выпустить их из рук, нужна строгость.

Но складывается впечатление, что Дубровина возвела строгость в культ. Об этом говорят многие, знающие эту семью.

Стараясь вырастить детей достойными людьми, она пытается оградить их от разврата и соблазнов внешнего мира — забирает на домашнее обучение, не отпускает от себя, жестко, а порой, видимо, и жестоко заставляет быть скромными, послушными. Но в ответ получает лишь отторжение.

Дети с подростковых лет один за другим убегают из дома. Говорят, что самый старший ее сын, едва получив возможность, ушел из семьи и не поддерживает общение. Не очень-то похоже, что он рос в атмосфере любви и понимания.

Случившаяся трагедия не первое криминальное происшествие в семье Дубровиных. Дело едва не дошло до убийства и несколько лет назад.

— Мы с начала 2000-х были знакомы с этой семьей, — рассказал глава местной администрации Муниципального округа № 7 (на территории которого прежде жила семья Дубровиных) Александр Гоголкин. — Оксана часто заходила к нам по разным причинам — для решения жилищного вопроса, за подарками для детей.

Изначально никаких проблем мы не замечали — дети были ухожены, а их соседи уверяли, что у них дружная семья. Но потом выяснилось, что у них дома царит насилие. Оксана бравировала тем, что воспитывает детей физическими наказаниями. Да и друг с другом братья и сестры жили не слишком мирно.

Однажды один из старших братьев избил маленькую сестру, причем не просто ударил, а именно избил ремнем до полусмерти якобы за то, что ребенок не хотел делать уборку в комнате. Девочка оказалась в больнице, где провела около месяца. Тогда даже заводили уголовное дело.

Но его закрыли, никого не наказав, потому что мальчику еще не было 14 лет и его нельзя было привлечь к ответственности. Мать его не защищала, говорила, что он получит свое. Но в любом случае это ненормально и жестоко.

Изъять нельзя оставить

— Недавно еще один сын Оксаны Кирилл (имя изменено) попросил лишить ее родительских прав в отношении него, — рассказала Татьяна Волынец, руководитель отдела опеки и попечительства муниципального округа «Морской», где сейчас живет семья Дубровиных.

— Несколько лет назад они получили здесь большую квартиру, удобную, новую, по городской программе. Но там постоянно долги за коммуналку. И так во всем. Живут вроде бы хорошо, дома небогато, но чисто. У нас есть другие неблагополучные семьи, где все понятно и однозначно.

А тут — нет проблем с алкоголем, с наркотиками, дети ухожены, одеты, накормлены, Оксана то и дело вывозит их в походы, на море, на экскурсии. Нельзя сказать, что она ими не занимается. Но при этом насилие — неотъемлемая часть воспитания.

При младших обсуждалось убийство Стефании и не скрывались ужасные подробности — как бы в назидание.

В отделе опеки считают, что срочно нужно как-то решать проблему, чтобы беда не коснулась и младших детей — двух девочек. Одновременно с рассмотрением дела Кирилла муниципалы пытаюся через суд лишить Дубровину прав и на двух младших дочек.

— Законодательство не позволяет нам назначить психиатрическую экспертизу матери, — говорит глава местной администрации Ирина Матяш. — И у нас нет рычагов воздействия, кроме как навещать их. Даже притом, что трое детей попросились от Оксаны в детдом, очень трудно забрать у нее остальных даже через суд. Конечно, с мамой ребенку лучше, но не в этом случае.

Уже четверо старших детей по сути отказались от матери. Не сделают ли то же самое младшие? На днях Оксана забрала 12-летнюю дочь на домашнее обучение. Дубровина не скрывает, что настает пора, когда нужно выбивать из девочки «либидо». Начинает повторяться история Елизаветы и Стефании. И финал снова может оказаться трагичным.

Источник: https://spb.mk.ru/articles/2016/03/17/mat-zhestoko-ubitoy-stefanii-dubrovinoy-rasskazala-pochemu-takoy-iskhod-byl-neizbezhen.html

Шок: брат-подросток по ночам растлевал свою маленькую сестру, с которой они жили в одной комнате

Как поступить, если полиция задержала младшею сестру?

27.09.2015, 09:52

 (155)
Foto on illustreerivFoto: Ilmar Saabas

Жуткая история произошла в одном из эстонских городков. Подросток совершал со своей сестренкой такое, от чего волосы встали дыбом даже у видавших виды следователей. Сейчас он в тюрьме, но через несколько месяцев выйдет на свободу.

Из-за сложного материального положения матери и отказа местного самоуправления помогать семье, он снова будет жить с жертвой в одной комнате! Как и кто может помочь семье, в которой один ребенок совершил страшное преступление по отношению к другому ребенку, и куда бежать, если ребенок стал жертвой сексуального преступления?

В одном из городков Эстонии жила обычная семья – папа, мама и двое детей (здесь и далее имена и некоторые детали изменены, чтобы не навредить жертве преступления – прим. ред.). Когда мама и папа уходили на работу, сын-подросток частенько оставался с младшей сестренкой. Он забирал ее из садика, кормил, гулял, пока не наступал вечер и не возвращались родители.

”В какой-то момент дочка, которая только-только начала говорить, пожаловалась, что брат ее ударил, – рассказывает мать детей, Татьяна.

– Я поговорила с ним, но он сказал, что, мол, она сама виновата, раскапризничалась, стала требовать включить ей мультики, когда он хотел поиграть на компьютере.

У него как раз тогда начался сложный переходный период, смены настроения, сестра начала его раздражать”.

Днем – брат, ночью – преступник

Для Татьяны тот период тоже был не самым легким – она развелась с мужем. Оставшись одна с детьми, она сняла двухкомнатную квартиру неподалеку, и дети оказались в одной комнате.

”Сын, как я сейчас понимаю, тяжело все это переживал, – говорит женщина. – Он стал поздно приходить домой, начались сомнительные компании. Если я его уговаривала с дочкой иногда посидеть, он раздражался.

Да и я уже не просила так часто, потому что он мог ее в любой момент ударить.

И сколько раз я ни объясняла, что нельзя так с ребенком – ни я, ни муж детей никогда не били – он мог ее сильно толкнуть, когда она залезала к нему на колени, или дать подзатыльник”.

Так как муж не принимал участия в их семейных делах, Татьяна, видя, что разговоры не помогают, обратилась в полицию и попросила поговорить с сыном.

”На следующий день меня попросили прийти вместе с дочкой, – вспоминает женщина тот ужасный день. – Следователь отвела ее в другую комнату и стала расспрашивать об отношениях с братом. Потом выскочила бледная и стала говорить, что нужно делать экспертизу. Я не поняла, что за экспертиза?”

Как выяснилось впоследствии, следователь с образованием психолога нашла к маленькой девочке подход, и та рассказала ей, как братик ее бил. А также – как по ночам ее сильно толкал в нескольких местах, вот здесь и здесь. И запрещал кричать и плакать, хотя ей было очень больно.

”Как выяснилось, он… – Татьяне тяжело даются слова, – он пытался делать это всеми способами – вагинальным, анальным и оральным”.

Женщина не может вспоминать об этом без слез. Но, слегка успокоившись, она вспоминает, что дочка несколько раз жаловалась, что ей больно. Однако Татьяна подумала, что ей просто что-то натерло.

”Какая же я тогда была невнимательная дура! – корит она себя. – Если бы он ее не бил, я бы не скоро об этом узнала. И этот кошмар неизвестно сколько еще продолжался бы, оставив неизгладимый след на психике дочери. Но я даже в страшном сне не могла представить, что мой сын может так поступить со своей маленькой сестрой!”

Скоро вернется домой

После того, как все выяснилось, парня задержали и посадили. Состоялся суд, но так как он был несовершеннолетним, по совокупности преступлений дали четыре года.

”Через пару месяцев его выпустят, – говорит Татьяна. – Так как жилищные условия у нас не изменились, то не исключено, что он вернется из тюрьмы и будет снова жить в одной комнате со своей сестрой. У меня появился другой мужчина, отец детей уехал в другую страну и не может взять сына к себе. А снять ему отдельную квартиру финансы не позволяют”.

Если бы была возможность, Татьяна согласилась бы отправить сына в какое-нибудь закрытое училище – лишь бы подальше от девочки.

”Она была маленькой и особо ничего уже не помнит. Но если разговор вдруг заходит о брате, то в ее памяти начинают всплывать обрывки событий. Она начинает говорить, что он ее бил и плохо с ней обращался. Поэтому дома мы все упоминания о нем стараемся пресекать”, – подчеркивает Татьяна.

Она добавляет, что сын иногда звонит из тюрьмы, спрашивает, как она, как дела у сестры.
”Он никак в разговорах не упоминает о том, что он сделал и почему сел. Эта тема для нас – табу.

Мы поддерживаем иллюзию, что он просто по стечению обстоятельств оказался далеко. Я – единственная из всех родственников, кто после с этого с ним еще общается.

Сказать ему, как отец, что после всего случившегося он мне не сын, я не могу”, – снова плачет Татьяна.

Небольшим успокоением ей служит то обстоятельство, что впоследствии и полиция выяснила, и сын сам признался, что он был под действием наркотиков в тот момент, когда делал это со своей маленькой сестрой.

”Он вроде как не осознавал, что это она. Но это его никоим образом не извиняет. Поскольку делал он это неоднократно, на протяжении нескольких месяцев”, – всхлипывает женщина.
Эту историю она решила рассказать для того, чтобы родители, где есть разнополые дети с большой разницей в возрасте в пользу мальчиков, были внимательнее.

”По ночам у них всегда было тихо, – констатирует Татьяна. – И дочь мне тоже никогда ничего не говорила. Видимо, он запугал ее.

Поэтому если есть жалобы у девочки на то, что что-то натерло, появляются какие-то необычные знания или рисунки – не игнорируйте эти сигналы. Ребенок может просто не суметь рассказать, что с ним произошло.

А в таких случаях обязательно нужно пройти курс терапии у психолога, чтобы потом у жертвы не было никаких последствий”.

Полиция: не оставляйте маленьких детей со старшими!

”Если говорить о преступлениях сексуального характера, где жертвы – дети, то здесь не бывает ни одного легкого случая, – комментирует комиссар полиции Елена Роос-Метсма. – Для ребенка это травма на всю жизнь. Чтобы предотвратить или остановить преступления такого характера, первый шаг – обратиться в полицию и сообщить о случившемся сразу же, когда возникли подозрения”.

Специалист подчеркивает: никто не знает своего ребенка так хорошо, как его родители. И надо уметь замечать кардинальные изменения в характере и поведении. Не должны оставаться равнодушными и другие взрослые, которые постоянно общаются с ребенком и хорошо его знают, например, воспитатель в детском саду, учителя, социальный педагог или школьный психолог, тренер.

”Следует уделить особое внимание беседам с детьми, но такие разговоры всегда должны проходить в мягком, доверительном стиле, чтобы не напугать ребенка.

Даже если эти подозрения позже окажутся беспочвенными, все равно следует обратиться в полицию, так как у специально обученных сотрудников есть знания, опыт и возможности расследовать и раскрывать такие преступления.

У полиции больше опыта, и мы делаем все от себя зависящее, чтобы раскрывать уже случившиеся инциденты и предупреждать совершение подобных преступлений в будущем”, – отмечает Роос-Метсма.

Комиссар полиции подчеркивает: хотя закон этого не запрещает, все же не рекомендуется оставлять маленького ребенка на попечение несовершеннолетнего члена семьи.

”Все дети разные, но в силу своего возраста несовершеннолетний старший ребенок не всегда может обеспечить даже свою безопасность, не говоря уже об обеспечении необходимого ухода и безопасности младшего ребенка. При этом важно понимать, что если произойдет несчастный случай, то ответственность несут родители”, – говорит специалист.

Она добавляет, что если у ребенка прослеживается проблемное поведение, конфликтные ситуации с окружающими его людьми, в социальных сетях, интернете или уже есть проблемы с нарушением закона, то это, безусловно, сигнал: данный ребенок нуждается в помощи, ему следует уделить больше внимания, обратиться в соответствующие службы.

”Так как если такое поведение эскалируется, ребенок может быть социально опасен даже для членов своей семьи, – подчеркивает комиссар полиции. – Во избежание негативных последствий необходимо вмешательство компетентных служб, оказывающих разностороннюю помощь несовершеннолетним. В таких ситуациях следует принимать комплексные меры и реагировать, по возможности, сразу”.

Елена Роос-Метсма советует жертвам преступлений и их родителям обязательно обращаться за психологической помощью в социальную службу, центр помощи жертвам и службу защиты детей. B реабилитации и психологической помощи нуждаются и несовершеннолетние, которые преступили закон.

Минсоцдел: обязательно обращайтесь за помощью!

Какую же психологическую помощь обычно оказывают жертвам насилия и тем, кто пострадал от педофилов. И кто и как это делает?

”Чтобы сохранить или улучшить способность человека, ставшего жертвой небрежного или жестокого обращения, физического, морального или сексуального насилия, справляться с жизненными обстоятельствами, создана государственная служба помощи жертвам, – говорит советник отдела по делам семей и детей Министерства социальных дел Йоанна Паабуметс. – Помощь жертвам можно получить, обратившись в Департамент социального страхования. Работники службы есть во всех уездах Эстонии, и они тесно сотрудничают с полицией”.

По ее словам, психологическую помощь жертвам педофилов и людям, подвергшимся жесткому обращению, оказывают психологи, психотерапевты и арт-терапевты. Служба действует уже 10 лет.

Помимо психологической помощи в рамках помощи жертвам у несовершеннолетнего есть право на безопасное расселение (услуга дома замещения). Все услуги, в том числе психологическая помощь несовершеннолетним, подвергшимся сексуальному насилию, оказываются так долго, насколько в них есть необходимость. И денег, по словам специалиста, на них выделяется столько, сколько нужно.

”Служба помощи жертвам планирует свой бюджет таким образом, чтобы несовершеннолетние жертвы сексуального насилия получили помощь в течение того времени, которое им понадобится, и чтобы исключить ситуацию, когда жертва остается без услуги из-за нехватки денег”, – подчеркивает специалист.

Цифры ужасают: только в 2014 году психологическая помощь была оказана 60 несовершеннолетним лицам, подвергшимся сексуальному насилию.

Паабуметс отмечает, что своевременная, подходящая и достаточная психологическая помощь и терапия – именно та помощь детям, успешность которой доказана и которую рекомендуют международные организации, в том числе ВОЗ.

”Крайне важно, чтобы ребенку были своевременно оказаны необходимые услуги, и чтобы окружающая ребенка среда (члены семьи, домашняя обстановка и т. д.) влияла на него поддерживающе, – поясняет специалист.

– Психологические консультации должны быть достаточно интенсивными и частыми, чтобы был результат.

Это, в свою очередь, требует и усилий от родителей, чтобы обеспечить ребенку поддержку, регулярное посещение им психолога и следование его рекомендациям, необходимым для реабилитации”.

Татьяна возмущается, что государство никак не может помочь семье, в которой один ребенок совершил страшное преступление по отношению к другому, и скоро преступник вернется домой из тюрьмы, где и будет жить дальше в одной комнате с жертвой. Однако Паабуметс подчеркивает, что первичная ответственность за благополучие ребенка всегда ложится на родителей.

Хотя, конечно, местное самоуправление тоже должно помогать семьям, консультировать и предлагать необходимые услуги.

Работники службы защиты детей при местном самоуправлении могут наблюдать за тем, как семья справляется, должны обеспечить необходимые услуги и при необходимости вмешиваться и находить решения.

Помимо помощи на уровне местного самоуправления, есть и ряд государственных вспомогательных программ (упомянутая выше помощь жертвам, программа позитивного родительства, реабилитационные услуги и т. п. ).

Минюст: многие факторы риска связаны с семьей

”В 2013 году был случай, когда обвиняемым в связи с действиями сексуального характера против несовершеннолетнего был 10-летний ребенок, – вспоминает советник аналитической службы отдела криминальной политики Министерства юстиции Брит Таммисте. – Дело тогда закрыли, потому что уголовная ответственность наступает лишь с 14 лет. Если ребенку меньше, им занимаются сотрудники комиссии по делам несовершеннолетних”.

По ее словам, опыт датского центра Janus показывает, что среди детей 6–12 лет, совершавших преступления сексуального характера, 50% сами до этого оказывались жертвами подобных преступлений.

”Исходя из предыдущих исследований, можно сказать, что многие факторы риска связаны с семьей, где дети становятся либо свидетелями насилия (особенно сексуального), либо даже жертвами. Обычно молодые насильники – мужского пола и более развиты, чем сверстники. Важно: несовершеннолетние преступники отличаются от взрослых”, – подчеркивает специалист.

Она приводит пример: в неблагополучных семьях много насилия, бедности, отсутствует чувство безопасности, родители не всегда справляются с детьми, между родителями и детьми нет хороших отношений. Все эти факторы влияют на развитие молодого человека.

Однако многое зависит и от личности самого подростка, которая может пострадать вследствие плохого обращения с ним.

У таких детей обычно плохая психологическая приспосабливаемость, проблемы с общением и контролем импульсов, они не могут справиться с гневом и самим собой.

Как же быть семье, где один ребенок опасен для другого и скоро вернется домой?

”Если человек выходит, полностью отбыв срок, то за ситуацией следят сотрудники службы защиты детей местного самоуправления, которые должны предложить семье помощь и поддержку и при необходимости вмешаться, – поясняет Брит Таммисте. – Если же преступника выпустили досрочно, то за ситуацией должен следить сотрудник уголовного надзора вместе с чиновниками по защите детей”.

Источник: https://rus.delfi.ee/press/mk_estonia/shok-brat-podrostok-po-nocham-rastleval-svoyu-malenkuyu-sestru-s-kotoroj-oni-zhili-v-odnoj-komnate?id=72553039

Юридический спектр
Добавить комментарий