Что делать, если мой друг выбросил мои вещи?

Как старые вещи получают новую жизнь

Залитую кетчупом футболку можно выбросить. А можно сделать так, чтобы она не стала загрязнять окружающую среду, помогла нуждающемуся человеку получить работу, поспособствовала возрождению народных промыслов и вернулась в ваш дом в виде красивой и полезной вещи. ТАСС рассказывает, как с помощью старой одежды сделать сразу несколько добрых дел. 

Каждый год у жителей мегаполиса образуются килограммы лишних вещей. Выкидывать их — обидно, продавать — не всегда возможно. Самый разумный вариант — отдать тем, кому они могут пригодиться. Но благотворительные фонды просят сдавать вещи только в хорошем состоянии — то, что можно надеть и пойти. Это объяснимо: у большинства из них нет ресурсов разбирать вещи и приводить их в порядок.

Поношенная одежда может получить новую жизнь, если отдать ее тем, кому она нужна

Фонд “Второе дыхание” стал первой некоммерческой организацией, сказавшей: несите нам все. Модные и красивые вещи в отличном состоянии попадают в секонд-хенд Charity Shop — среди них много брендовой одежды, иногда даже с бирками.

Просто прилично сохранившиеся вещи — чуть выцветшие или с катышками — отдают на благотворительность: в дома престарелых, бездомным, малоимущим семьям. А дырявое постельное белье или заношенная одежда с въевшимися пятнами идут на переработку. Часть — на фабрику в Ивановской области, где из нее делают половые тряпки.

А часть — ткачихам в Архангельской области, где пожелтевшая от времени или кофейных пятен футболка превратится в красивый коврик.

На складе сотрудники фонда сортируют вещи и решают, что с ними делать дальше

Чтобы отдать вещи на фабрику для переработки, их нужно отсортировать и срезать фурнитуру. Если на одежде останутся пуговицы или заклепки, станки могут сломаться. Браться за такую работу невыгодно. Труд сортировщицы стоит дороже ветоши: килограмм сырья можно продать за 25 рублей, а чтобы его получить, надо потратить 40. Вот почему в России переработка ткани — непопулярное занятие.

Сотрудница фонда Евгения Борисовна сама отдает сюда старые вещи. “Раньше выкладывала на помойку — аккуратненько, стопочкой. А теперь есть куда привезти”, — говорит она

“Нам трудно найти спонсора, ведь это не какой-то милый ребенок, которого надо спасать, а куча одежды”, — говорит учредитель фонда Дарья Алексеева. Поэтому один из принципов фонда — самоокупаемость.

Около 20% пожертвованных вещей продаются в Charity Shop, и полученные средства позволяют фонду существовать. “Сегодня мы продадим “лабутены” за пять тысяч и оплатим четыре смены человека, который будет разбирать одежду, — объясняет Даша.

— Нас устраивает такой баланс”. 

Среди старой одежды и обуви иногда попадаются самые неожиданные вещи: игрушки, старые телефоны, калькуляторы 

Делать добрые дела должно быть легко — это одно из главных правил современной благотворительности. Если вам предлагают перевести пожертвование, это должно быть возможно сделать одним SMS. Если вам предлагают отдать вещи, вы не должны подстраиваться под чей-то график и ехать на другой конец города. Вещи для “Второго дыхания” можно в любое время суток бросить в запертый ящик. 

Сейчас в Москве таких ящиков около 20, примерно половина из них стоит в открытом доступе (на улицах, в торговых центрах, в парках), другая половина — в бизнес-центрах.

Организация может заказать ящик и поставить ее в офисе для своих сотрудников — так что некоторым, чтобы избавиться от ненужного, достаточно просто принести вещи на работу.

А самый “популярный” ящик стоит у Донского монастыря: людям привычно нести старую одежду к монастырю или храму.

В будущем сотрудники фонда планируют дать ящикам имена и написать их “биографии”. Чтобы человек относил вещи не просто в какую-то коробку, а “Ящику Геннадию, который трижды пытались взломать” 

“Однажды сюда засунули огромный чемодан. Как он туда пролез — непонятно, — говорит пиар-директор “Второго дыхания” Сергей Казаков. — Видно, с помощью ящиков люди не только избавляются от барахла, но и тренируют какие-то навыки. Например, расположения объекта в пространстве”.

Пока такой способ благотворительности привычен не всем.

Хотя на каждом ящике написано, для чего он предназначен, некоторые москвичи думают, что из них можно забирать вещи прямо на улице — и спрашивают, как его открыть. А другие пытаются их взламывать.

“Один такой несчастный ящик взламывали дважды или трижды и ничего из него не забирали, — говорит Сергей. — Мне кажется, это какой-то местный начинающий жулик. Тренируется”.

Ваша старая футболка пролежит в этом ящике недолго — по ночам приезжает машина, вещи складывают в мешки и отвозят на склад. 

В разных районах Москвы стоят около 20 ящиков “Второго дыхания”. Каждый день на склад из них попадают целые мешки старых вещей 

“Представляете, вот девушка из Иркутска переехала в Москву. Потом поехала в отпуск в Турцию, купила там кофточку. А затем собралась переезжать, избавлялась от лишних вещей, и кофточка попала к нам. От нас — куда-нибудь в Клин, в дом престарелых…”

Так фантазирует Сергей, показывая склад отданных вещей. Мы в Алтуфьеве, в огромном здании, в котором, похоже, когда-то был завод. А теперь здесь длинные полки, заваленные мешками с одеждой.

На мешках с отсортированной одеждой — наклейки: “мужское, низ”, “женское, лето”. Только что привезенные мешки взвешивают (фонд ведет статистику и следит за тем, какие ящики приносят больше вещей) и выгружают.

Там оказываются не только одежда и обувь: люди складывают в ящики то посуду, то мягкие игрушки.

Однажды среди вещей нашли форму стюардессы, а в другой раз — розовые прозрачные туфли на шпильках с запиской: “Моей подруге Сонечке от милой Дашеньки”. Некоторые такие вещи (например, посуду или технику) удается раздать, некоторые остаются на складе, а большинство попадают в недавно открытый фондом Музей странных вещей. Вот явный кандидат в его экспонаты — костюм Супермена.

Маша разбирает старую одежду и срезает с нее фурнитуру, чтобы отправить на переработку

Задача сортировщиц на складе — определить, какие вещи можно отобрать для магазина, какие уйдут как гуманитарная помощь, а какие годятся только на переработку. С таких вещей нужно срезать фурнитуру — только в таком виде их примут на фабрике.

Сейчас этим занимается Маша. Она много лет работала в офисе и теперь счастлива, что помогает другим. “За целый день ничего не пропустить очень сложно — глаза устают. Но весело, — говорит она.

— Мешки с вещами — как пещера Аладдина: никогда не знаешь, что ты здесь найдешь”.

Самый строгий отбор проходит одежда для секонд-хенда Charity Shop: не должно быть потертостей, грязи или катышков. И даже платье от дорогого бренда не попадет на прилавок, если на нем есть пятна.  

“Мы не выставляем на продажу то, что сами бы не надели, — объясняет учредитель “Второго дыхания” Дарья Алексеева. — Я спрашиваю себя: купили ли бы это мои подружки?” Большинство сотрудников фонда и сами одеваются в Charity Shop: говорят, это и экологично, и красиво, да и купить брендовую вещь со скидкой 80% всегда приятно.

Конечно, большая часть пожертвованных вещей — это масс-маркет или разобранный “бабушкин гардероб”. Но и одежду от известных дизайнеров люди отдают часто — скорее всего, из-за того, что сильно худеют. “Однажды нашли мужские шорты Ralph Lauren размером 4XL. Абсолютно новые.

А как-то разгружали мешок и было видно, что все сдавала одна девушка — практически новая Prada и Roberto Cavalli, некоторые вещи даже с бирками”, — рассказывает сотрудница склада Ольга. Она любит моду и разбирается в брендах. Но когда полтора года назад девушка пришла работать в фонд, у нее не было не только хорошей одежды, но и жилья, работы и документов.

“Я оказалась в сложной жизненной ситуации, — без подробностей объясняет она. — И в одной из церквей, куда я периодически приходила, мне дали телефон фонда. Я пришла на собеседование — и меня затянуло”.

В фонде много сотрудников, которым трудно найти работу: выпускники психоневрологических интернатов, бывшие бездомные, люди с судимостью. Чтобы окупить 20% дневного заработка такого человека, вам достаточно принести 10 килограммов старых дырявых простыней. А ткань, которую вы бы выбросили на помойку, превратится в полезные коврики.

“Мы маленький бизнес и маленький фонд, мы не можем взять тысячу человек. Но проведя у нас от трех месяцев до года, человек иногда меняет свою жизнь”, — говорит Дарья Алексеева.

“Я практически полностью одеваюсь в Charity Shop,  — говорит сортировщица Ольга. — Купив там платье, я сделаю доброе дело. И старая вещь не попадет на свалку. Это круто”

“Мне нравится работать на станке, — говорит Снежана. — Ногами до педалей доставать не трудно, нажимать только тяжело”. Снежане восемь лет, ее школьный рюкзак — размером почти с нее, но с ткацким станком она управляется легко. Девочка показывает свою работу: половичок в розово-зеленых тонах.

Когда-то село Ошевенск Архангельской области было центром северного ткачества — здесь работало 350 мастериц. Сейчас их не наберется и десяти.

Когда местная жительница и краевед Екатерина Березина взялась возрождать здешнее ткачество, даже станки нашли с трудом. “Кто продал, кто на дрова распилил, а у кого в сараях оставались, просто стояли.

Собрали их по деревне, а как заправить — никто не знает”, — рассказывает она.  

Чтобы создать красивый мягкий половичок, нужны старые тряпки, хлопковые нитки, ткацкий станок и ручной труд

Теперь в селе пять старинных станков. Сотканный половичок можно продать примерно за 500 рублей, а чтобы его сделать, нужны несколько часов труда, нитки и тряпки. Из тряпок вырезаются длинные полоски — ляпаки, которые потом становятся основой половичка. Их-то и не хватало. И тогда директор некоммерческой организации “Наследие Севера” Ирина Мещанинова-Межинская предложила привозить ветошь.

Для “Наследия Севера” важно возрождение народных промыслов России. Для “Второго дыхания” — новая жизнь старой одежды. Так старые футболки, выброшенные в ящики для ненужных вещей, добрались до Ошевенска. Здесь их режут, а затем начинают ткать половички. “Ветошь мягкая, она уже не линяет. И поэтому коврики получаются очень добрые”, — говорит Ирина.

“Простой половик длиной в метр можно выткать даже за один день, если, конечно, ни на что больше не отвлекаться, — говорит одна из мастериц Валентина Пухова. Она пенсионерка и может позволить себе провести за станком целый день.

Но хотя большинство ткачих — бабушки, недавно промыслом заинтересовались и школьницы. “Они пока еще не очень верят в то, что это кому-то нужно”, — говорит Ирина.

Но, кажется, постепенно начинают привыкать к мысли, что тканые вещи — не только половички, но и шарфы, сумки, настенные панно, — могут быть востребованы.

Когда-то эти половички были старой одеждой 

“Однажды один мой друг-артист сказал, что в половике зашифрована песня, — рассказывает Ирина. — Дело в том, что ткачихи интуитивно понимают, как сделать коврик гармонично. И если посмотреть на узор, можно почувствовать, какая к нему подходит мелодия. Меня часто спрашивают: зачем это нужно? Ведь в магазинах полно таких ковриков. А я отвечаю: по ним песню не споешь”.

Есть и еще один адрес, по которому отправляются заношенные вещи из Москвы, — это фабрика в Ивановской области. Здесь станки их превращают в что-то похожее на вату. Потом эту массу прошивают нитками — и получаются половые тряпки, которые продаются в Charity Shop рядом с брендовой одеждой.

“Основная цель тут не заработать, а начать менять культуру потребления, — говорит сотрудник “Второго дыхания” Александр Цыганков. — Спектр отношения людей к переработанным вещам очень широкий: от полного приятия до полного отторжения. У многих это ассоциируется с чем-то грязным”.

Но чем больше людей привыкнут пользоваться этими “грязными” вещами, тем чище станет наш воздух.

Все эти вещи могли бы отправиться на свалку. Но вместо этого получат вторую жизнь

“Люди думают, что вещи сгниют без вреда для окружающей среды, но это миф, — говорит учредитель фонда Дарья Алексеева. — В прошлом году мы собрали 300 тонн одежды — часть переработали, часть повторно использовали.

Если бы ее выбросили, в процессе разложения она произвела бы столько же парниковых газов, сколько производят 136 автомобилей в течение года, ездящих по городу. К тому же синтетика, когда гниет, источает вредные вещества.

А мы из этих вещей произвели 175 тысяч тряпок, которыми можно мыть одну школу в течение 66 лет”.   

Источник: https://tass.ru/spec/second_wind

Люди показали нам, какие вещи, оставшиеся от их старых отношений, они не смогли выбросить

Что делать, если мой друг выбросил мои вещи?

Как и всё остальное – по крайней мере, всё то, что начинается хорошо, но заканчивается в токсичной яме горя, – большинство отношений приходит к концу.

При этом человеку обычно остаются какие-то воспоминания, какие-то уроки, которые он извлёк, и ящик хлама – того, что вам презентовал бывший партнёр, или того, что он просто не стал забирать после того, как всё закончилось слезами.

В зависимости от болезненности расставания существует возможность, что вам в какой-то момент захочется выбросить этот ящик или облить его бензином и поджечь. Но есть вероятность, что, прежде чем вы всё-таки это сделаете, вы вытащите оттуда ту единственную мелочь, с которой просто не можете расстаться. Открытку, книгу или футболку, которая очень хорошо на вас сидела.

Мы попросили людей из разных городов Европы показать нам вещи, с которыми они не расставались ещё долгое время после окончания отношений.

Багси, 26 лет, музыкант, Лондон, Великобритания

Я хранил редкую пластинку Gaslight Anthem на виниле, недоступную онлайн, на компакт-дисках или на Spotify. Она красного цвета, и на ней нацарапаны слова «пошёл нах».

Изначально моя бывшая купила её в подарок ещё до нашего разрыва, но решила подарить её мне на прощание.

Сначала я думал: «Ой, шикарно, огромное спасибо», а затем она извинилась и сказала: «Прости, я нацарапала на ней «пошёл нах». Когда она отдала её мне, эмоции у меня били ключом – я знал, как ей больно из-за меня.

Но это, как ни странно, также вызвало у меня улыбку, потому что напомнило мне о том, как хорошо она меня знает.

Я никогда не думал о том, чтобы её выбросить.

Мы пережили вместе кое-что хорошее, и этого нельзя отрицать, и хотя выцарапать на пластинке «пошёл нах» – это вроде бы довольно злобно, это напоминает мне о природе отношений, о природе человека и о том, какими эмоциональными мы бываем. Также это символ великодушия: я полностью прощаю её за то, что она заставила меня вытерпеть, и я надеюсь, что она тоже меня прощает.

Слушал Крис Бетелл

Эмма, 29 лет, художница, Лондон, Великобритания

Я ношу эти часы каждый день. Это был подарок от девушки, с которой я встречалась – самой первой девушки, с которой я встречалась. До неё я жила очень гетеронормативно, но тут внезапно встретила её, и она стала моей девушкой. Мы до сих пор дружим. Это был её последний подарок мне, и это был первый раз, когда я получила что-то от партнёра, который мне очень нравился.

Мы расстались на Рождество в 2013-м. Причина на самом деле была не одна, но отчасти дело было в том, что я жила в Лондоне, в то время как она жила в Нидерландах. Это было сложно – уж такой я человек, что быть со мной сложно. Я не ассоциирую эти часы с ней постоянно, сейчас они действительно мои. Но я порой действительно осознаю, что они появились у меня тогда, когда мы были вместе.

Слушал Крис Бетелл

СМОТРЕТЬ:

Мария, 28 лет, журналистка, Афины, Греция

Мой бывший купил мне этот роутер два года назад, чтобы у меня был более быстрый Интернет. Собственно, купил он его, потому что играл в онлайн-игры всякий раз, когда приходил ко мне, так что этот апгрейд скорее был его подарком самому себе, чем мне.

Это – единственное, что у меня от него осталось, потому что он очень полезный. Все остальные вещи, которые он у меня оставил – нижнее бельё, обувь, – я выбросила примерно через год после нашего расставания. Не спрашивайте, почему это закончилось, спрашивайте его.

Я до сих пор не знаю.

Я никогда не думала о том, чтобы его выбросить, потому что роутер хороший. Впрочем, сменить пароль я хочу, потому что он состоит из сочетания букв из его имени и цифр из даты его рождения. Всякий раз, когда кто-нибудь приходит ко мне и спрашивает пароль от вай-фая, я думаю о своём бывшем, а это особенно неловко, когда ко мне приходит новый бойфренд.

– Слушал Павлос Тубекис

Константинос, 30 лет, музыкант, Афины, Греция

Это моя акустическая бас-гитара – я редко ею пользуюсь, но я её обожаю. Мне её подарила на 19-летие моя первая настоящая девушка.

Тот день я помню хорошо: она позвонила и спросила, можно ли ко мне зайти. Прибыв, она спрятала её у себя за спиной, и я изобразил сильное удивление. Я не хотел портить ей момент.

Благодаря этому подарку я смог играть акустические сеты вместе со своей группой, а ещё он означал, что моя девушка любит меня достаточно сильно, чтобы потратить на меня столько денег. Думаю, это был один из самых счастливых дней моей жизни.

Мы расстались четыре или пять месяцев спустя, потому что нам обоим хотелось новых впечатлений.

При виде этой гитары я всегда буду думать о ней. Моя нынешняя девушка знает, что это подарок от бывшей, но её это совершенно не волнует. Она тоже играет на басухе и считает, что это круто. Что я могу сказать? Мне очень повезло.

Слушал Павлос Тубекис

Фриц, 23 года, фотограф, Берлин, Германия

Это мне довольно давно подарила на день рождения моя бывшая. Это тёмно-коричневая деревянная шкатулка с запором и держателем для длинной сигаретной бумаги. Это шкатулка для курящих коноплю, если вы не догадались.

Курение конопли – важная часть моей повседневной жизни, поэтому я обожаю пользоваться в процессе качественными предметами. Эта шкатулка вырезана вручную, и она прекрасна – я пользуюсь ею каждый день.

Этот подарок был для меня совершенно особенным, потому что он сделан очень продуманно и заботливо. Мы порвали год назад и больше не поддерживаем связь, но мне никогда не приходило в голову его выбросить.

Если честно, доставая из шкатулки немного травки, я вообще почти не думаю о своей бывшей. Теперь это просто моя маленькая шкатулочка для травки.

Слушал Ханко Йе

Ларс, 22 года, студент, Берлин, Германия

Эта куртка с блошиного рынка в берлинском районе Пренцлауэр-Берг. Мой бывший был на мели, но он так сильно хотел эту куртку, что я оплатил половину её стоимости. Этот день вообще выдался отличным: мы сидели в траве и пили пиво, а позже купили ещё две куртки. Я очень люблю куртки.

После этого он надевал её всего несколько раз. Я никогда по-настоящему не понимал, почему он так сильно её захотел: в его гардеробе вся одежда чёрная. Для него даже серый цвет слишком яркий. Я – его полная противоположность, и мне подумалось, что она всё равно лучше смотрится на мне. Поэтому я начал очень активно её носить и постепенно просто присвоил её себе.

Мы порвали в январе: слишком много ругались без нужды в новогодние праздники. Я после расставания оставил куртку себе, а он так и не попросил её вернуть.

Разумеется, надевая её, я думаю о нём – но больше думаю о том чудесном дне, который мы провели вместе, чем о том, как всё в итоге полетело в тартарары.

Парень, с которым я встречаюсь сейчас, заинтересовался этой курткой, а я просто сказал, что взял её на блошином рынке. В конце концов, это же правда.

Слушал Марвин Ку

Николай, 24 года, студент, Копенгаген, Дания

Photo courtesy of Nikolaj Rohde Simonsen

Это шёлковые наручники, которые можно надеть на партнёра во время секса. Мне их подарила бывшая на день рождения, но мы их так и не опробовали – мы расстались спустя два дня, в августе 2015 года.

Она сказала, что я могу пойти в магазин и вернуть деньги, но мне не хотелось этого делать. На мой взгляд, они неплохие и интересные, поэтому я оставил их себе. Впрочем, я ими никогда не пользовался – эти наручники у меня до сих пор прочно ассоциируются с бывшей, а думать о ней, используя их в постели с кем-то другим, было бы слишком странно.

Слушала Клара Крон

Сесили, 24 года, студентка, Копенгаген, Дания

Мой бывший в 2010-м купил мне звезду. Подарок состоит из сертификата, карты звёздного неба, координат звезды и руководства по её нахождению. Он назвал звезду «Уникум» – думаю, потому что я казалась ему уникальной. Мы расстались два года спустя, и сейчас сертификат лежит в ящике у меня на чердаке. Каким бы фиговым ни был этот подарок, мне не хватает смелости его выбросить.

Мне помнится, когда мы тусовались вместе незадолго до нашего первого совместного Рождества, он внезапно сказал: «Теперь я знаю, что купить тебе на Рождество!» Он сел за компьютер и начал выстукивать на клавиатуре.

Когда он поинтересовался, какой у меня знак Зодиака, я сильно воодушевилась и задумалась, что он придумал. А затем, в канун Рождества, он вручил мне пачку бумаг от какой-то компании, утверждавших, что в мою честь назвали звезду.

Помнится, я почувствовала себя очень неловко.

Ну, сама по себе мысль милая, но это совершенно безлично. И нельзя сказать, что в мою честь действительно официально названа звезда – он просто заплатил компании, чтобы она отправила мне этот сертификат. Если бы я случайно его выбросила, то, наверно, больше бы о нём и не вспомнила.

Слушала Клара Крон

Андреа, 30 лет, специалист по цифровому маркетингу, Бухарест, Румыния

Photo courtesy of Andreea

Я храню почти все подарки от бывших парней, но этот огромный пушистый Иа-Иа – мой любимый. Я заметила его в магазине, в котором покупала подарки детям на Рождество в благотворительных целях и никак не могла с ним наобниматься.

Девять месяцев спустя, на мой день рождения, мы с бывшим сидели в его машине и ехали по проливному дождю на встречу с друзьями в пабе.

Как-то раз он остановился и передал мне подарочный пакет, в котором лежал фонарик и открытка на день рождения с подписью: «Чтобы ты не боялась спать одна в темноте». Затем он попросил меня достать из багажника машины зонтик.

Я категорически отказалась, подумав о погоде. Он настоял, и в итоге мы вышли и открыли багажник вдвоём. И там был он. Я была в экстазе.

Мы расстались почти пять лет назад, а вместе пробыли семь. Видя эту игрушку, я не думаю о нём – это просто такой ослик для обнимания в моей гостиной, который приходится как нельзя кстати моим друзьям, когда они сидят у меня в гостях пьяные и желают поснимать селфи от балды.

Слушала Юлия Рошу

Димитрие, 26 лет, агент клиентской службы авиалинии, Белград, Сербия

Photo courtesy of Dimitrije Gušić

У меня было много возможностей выбросить этот носок, но я не хочу это делать. Его у меня оставила моя бывшая, а я нашёл его у себя на кровати потом, после того, как она ушла. У нас были отношения на расстоянии, и она сказала мне хранить этот носок, пока она не вернётся с другим носком. В то время это казалось безумно романтичным.

Мы расстались четыре с лишним года назад – она сказала, что изменяет мне с двумя другими парнями. Но я его выбрасывать не стану – её я забыл, но мне до сих пор приятно держать этот носок и знать, что он у меня до сих пор. Сейчас в моей жизни нет никого особенного – думаю, новой девушке этот носок понравился бы не так сильно.

Слушала Ана Яксич

Нада, 19 лет, студентка, Крагуевац, Сербия

Photo courtesy of Nada Uštević

Это пасхальное яйцо подарила мне в прошлом году моя первая любовь. Это настоящее яйцо с надписью «Факультет медицинских наук, Крагуевац». Он тогда там учился. Мне оно так понравилось, что я его не съела, а оставила. Мы расстались месяцев шесть назад, потому что я поступила в универ в другом городе. Мы просто отдалились друг от друга.

После нашего расставания я ещё не встретила никого нового. Яйцо до сих пор стоит у меня на полке – оно ещё не разбилось и не треснуло, поэтому оно не воняет. Я буду хранить его, пока это не случится. Понимаете, у яиц есть срок годности, а у воспоминаний – нет.

Слушала Ана Яксич

Источник: https://www.vice.com/ru/article/vb3xw9/lyudi-pokazali-nam-kakie-veshi-ostavshiesya-ot-ih-staryh-otnoshenij-oni-ne-smogli-vybrosit

И жить мешают, и выбросить жалко. без сожаления со старыми вещами расстаются лишь 12% россиян

Что делать, если мой друг выбросил мои вещи?

Исследовательский центр портала Superjob.ru
Выбрасывать перед Новым годом ставшие ненужными вещи, прощаясь таким образом с прошлым и открывая новую страницу жизни, — давняя традиция. Но избавиться от старых вещей не так-то просто.

Фотоаппарат Polaroid, школьные тетради, сапоги без каблука, тетрис без кнопочек и фарфоровые статуэтки — с чем россиянам особенно жалко расстаться, выяснил Исследовательский центр рекрутингового портала Superjob.

ru по инициативе Woman’s Health. Около трети россиян (27%) не решаются избавиться от старой одежды, белья или обуви.

Опрошенные признались, что складируют все в гараже, отвозят на дачу или хранят дома в надежде, что вернется мода или вещи пригодятся родственникам или друзьям. «Мода возвращается»; «Жалко, особенно если вещь добротная»; «Джинсы чем старее, тем лучше… Дают ощущение того, что время идет, а ты все та же», — объясняют респонденты.

Старые книги, журналы и газеты хранят 7% россиян: «Не могу расстаться хоть и с потрепанной, но все же любимой книгой»; «Забавно иногда пролистать старые журналы. Мода так меняется»; «Газеты — очень полезная вещь в хозяйстве». По 4% опрошенных признались, что им очень жаль выбрасывать бытовую технику и электронику, игрушки и предметы, олицетворяющие воспоминания.

При это мужчины чаще трепетно хранят старые приборы (6% против 2% среди женщин), тогда как дамам сложнее опустить в мусорный бак старые открытки, письма и любимых плюшевых зайцев (по 5%).

Подарки и сувениры не выбрасывают 3% россиян, 2% респондентов тяжело расстаются с аксессуарами, бижутерией, украшениями и часами, старой мебелью, предметами декора и детскими вещами. Еще 17% опрошенных назвали другие предметы, которые они никак не решаются выкинуть.

Среди них — записные книжки, пустые бутылки от дорогого алкоголя, фотографии, сотовые телефоны, детские рисунки, CD-диски, ракушки и старые автомобили, на которых давно уже никто не ездит. В свою очередь 13% россиян признались, что вообще не умеют расставаться со старыми вещами — им жалко буквально все.

Интересно, что чаще прикипают душой к старью мужчины (17% против 10% среди женщин). «Жалко все. Везу на дачу и только лет через 5-15 выбрасываю»; «Все жалко: и одежду, и мебель, и журналы»; «Вещи — это же история, часть жизни», — размышляют опрошенные.

Напротив, 12% респондентов с легкостью расстаются с любыми ненужными предметами, отслужившими свой срок: «Зачем захламлять дом?»; «Ничего не жалко, старье в мусорку или нуждающимся!»; «Чем быстрее расстаешься со старым хламом — тем легче жить!» Затруднились ответить на поставленный нами вопрос 13% россиян. Место проведения опроса: Россия, все округаЗаказчик: Woman’s HealthНаселенных пунктов: 142Время проведения: 31 октября – 1 ноября 2012 годаИсследуемая совокупность: экономически активное население России старше 18 летРазмер выборки: 1000 респондентов Вопрос:

«Что из старых ненужных вещей вам обычно жалко выбрасывать?»

Ответы респондентов распределились следующим образом (у респондентов была возможность указать необходимое количество вариантов ответа):

Варианты ответа Все Мужчины Женщины
Одежда, белье, обувь27%16%35%
Все жалко13%17%10%
Ничего не жалко – все выбрасываю без сожаления12%14%11%
Книги, журналы, газеты7%7%7%
Бытовая техника, электроника4%6%2%
Предметы и вещи, олицетворяющие воспоминания4%3%5%
Игрушки4%2%5%
Подарки, сувениры3%0%4%
Аксессуары, бижутерия, украшения, часы2%2%2%
Мебель, предметы декора2%2%1%
Детские вещи2%1%3%
Другое17%18%17%
Затрудняюсь / не хочу отвечать13%17%11%

Некоторые комментарии респондентов:

«Одежда, белье» – 27%

«Вещи ручной вязки».Специалист по сертификации, Москва, 40 лет «Джинсы чем старее, тем лучше… Дают ощущение того, что время идет, а ты все та же. В хорошем смысле».Ведущий специалист, Курск, 23 года «Красивую, но уже немодную одежду».Бухгалтер, Краснодар, 33 года «Старую обувь».Воспитатель детского сада, Москва, 26 лет «Тапочки».Инженер-наладчик, Москва, 53 года

«Все жалко» – 13%

«Все жалко, выбрасываю с трудом».Главный бухгалтер, Москва, 50 лет «Жалко все. Везу на дачу и только лет через 5-15 выбрасываю».Инженер-электронщик, Санкт-Петербург, 57 лет «Обычно все: от одежды и посуды до старой мебели».Менеджер по персоналу, Гатчина, 49 лет

«Ничего не жалко – все выбрасываю без сожаления» – 12%

«А ничего не жалко, так как мало что имею, обхожусь малым».Сборщик мебели, Москва, 43 года «Из ненужного ничего не жалко».Бухгалтер, Санкт-Петербург, 41 год «Ничего не жалко, старье в мусорку или нуждающимся!»Ведущий менеджер гарантийного отдела аудио- и видеотехники, Санкт-Петербург, 28 лет

«Книги, журналы, газеты» – 7%

«Информацию (книги, журналы, газеты)».Главный бухгалтер, Санкт-Петербург, 42 года «Только старые книги».Заместитель директора института повышения квалификации и переподготовки кадров, Москва, 47 лет «Печатные издания».Делопроизводитель отдела документооборота, Москва, 48 лет

«Бытовая техника, электроника» – 4%

«Магнитофоны советские».Инженер-технолог, Ростов-на-Дону, 33 года «Старую, но рабочую электронику».Финансовый директор, Санкт-Петербург, 32 года «Радиоэлектронику».Директор, Челябинск, 42 года

«Предметы и вещи, олицетворяющие воспоминания» – 4%

«Вещи из детства».Менеджер по закупкам, Москва, 30 лет «Вещи, с которыми связаны воспоминания о хороших людях, безвременно ушедших».Оператор технологических установок, Нижний Новгород, 32 года «Вещи-воспоминания. Старую швейную машину покойной ныне бабушки, гимнастический купальник, в котором дочь заняла первый раз призовое место три года назад».Секретарь, Владикавказ, 33 года

«Игрушки» – 4%

«Детские игрушки».Главный экономист, Саранск, 29 лет «Старые подаренные мне мягкие игрушки».Продавец-кассир, Москва, 23 года

«Подарки, сувениры» – 3%

«Подарки от любимого человека, от близких и друзей».Главный бухгалтер, Новочеркасск, 41 год «Подарки-пылесборники: статуи, фигурки…»Маркетолог, Санкт-Петербург, 31 год

«Аксессуары, бижутерия, украшения, часы» – 2%

«Мне жалко бижутерию. Стоит недешево, приобретается обычно к одному из праздничных нарядов, а после продолжительного хранения выглядит уже не так, как новая, вот и лежит, накапливается…»Промоутер, Волжский, 26 лет «Украшения».Диспетчер, Томск, 32 года «Часы».Энергоаудитор, Пенза, 40 лет

«Мебель, предметы декора и интерьера» – 2%

«Предметы мебели и интерьера».Менеджер проектов, Москва, 34 года «Дома стоят две резные этажерки, возраста точного не знаю, но их очень жалко выкидывать. Остались на хорошую память».Инженер, Стерлитамак, 25 лет

«Детские вещи» – 2%

«Детские вещи, хочется кому-нибудь подарить».Экономист по труду, Москва, 44 года «Детские куртки и комбинезоны».Заместитель руководителя отдела кадров, Москва, 35 лет

«Другое» – 17%

«Записные книжки».Заместитель начальника смены, Москва, 26 лет «Автомобиль».Генеральный директор, Санкт-Петербург, 51 год «Обычно я легко расстаюсь со старыми вещами, наверное, кроме старых детских рисунков».Бренд-менеджер, Саратов, 34 года «Только инструменты для работы».Слесарь-сантехник, Саратов, 52 года «Пустые бутылки от дорогого алкоголя».Координатор группы дизайна и регистрации наружной рекламы, Москва, 28 лет «Ракушки».Начальник группы логистики, Москва, 32 года «Диски».Слесарь-сборщик, Курск, 29 лет «Сотовый телефон, когда покупаю новый».Менеджер-администратор, Москва, 26 лет «Открытки».Курьер, Старый Оскол, 22 года «Фотографии».Старший лаборант кафедры экономической теории и менеджмента, Вологда, 25 лет

«Затрудняюсь / не хочу отвечать» – 13%

«Не знаю».Бухгалтер, Оренбург, 28 лет
Код для вставки в блог

И жить мешают, и выбросить жалко. без сожаления со старыми вещами расстаются лишь 12% россиян

Выбрасывать перед Новым годом ставшие ненужными вещи, прощаясь таким образом с прошлым и открывая новую страницу жизни, — давняя традиция. Но избавиться от старых вещей не так-то просто.

Фотоаппарат Polaroid, школьные тетради, сапоги без каблука, тетрис без кнопочек и фарфоровые статуэтки — с чем россиянам особенно жалко расстаться, выяснил Исследовательский центр рекрутингового портала Superjob.

ru по инициативе Woman’s Health. Подробнее…

Источник: Superjob.ru — Работа, вакансии, резюме.

Источник: https://www.superjob.ru/community/life/69770/

«Я заполняла вещами пустоту в душе». Монологи заядлых шопоголиков

Что делать, если мой друг выбросил мои вещи?

По оценкам экспертов, от 5 до 7% россиян страдают от ониомании — навязчивого желания купить что-либо без особой необходимости. Шопоголики рассказали «Снобу» о том, как спускали зарплату на безделушки и люксовые вещи, о короткой эйфории от покупки, последующей апатии и борьбе со своей зависимостью

Анна, 37 лет, Калининград:

Мои родители развелись, когда я была маленькой. Мы с мамой жили очень скромно. Я все детство донашивала чужую одежду, из-за этого надо мной в школе смеялись. У меня была цель: выучиться, найти хорошую работу и купить себе все, чего я не могла позволить раньше. Хотелось доказать другим, что я это могу.

Я блестяще окончила университет, поступила в аспирантуру, получила второе образование, устроилась на работу. В 2008 году я попала в окружение людей обеспеченных и уже многого добившихся. Мне хотелось быть на одном уровне с ними. Мой избранник, который был также из этого круга, часто дарил мне дорогие подарки, и я ни в чем себе не отказывала.

Когда мы расстались, я впала в депрессию, и выходом из нее стали магазины: начиналось все со смешных рибоков-адидасов, но аппетиты росли — D&G, Tom Ford, Alexander McQueen. Я покупала люксовые вещи из последних коллекций, дорогие часы и украшения.

Если раз в неделю я не ходила в бутик, у меня начиналась ломка, как у наркомана: накатывали вспышки ярости и гнева. Мне было без разницы, что покупать. Захожу в бутик с 20 тысячами в кармане.

О, а вот перчатки Moschino за 20 тысяч — хватает! И я покупала, тем более зарплата позволяла: я работала в нескольких местах. После покупки я ощущала прилив недолгого счастья.

Эйфория длится полдня, потом становится стыдно: «Зачем я столько потратила? Почему обманываю?» Мама, с которой я жила, говорила, что надо с этим что-то делать, что последствия будут страшные.

Только через пять лет я поняла, что я в ловушке и самостоятельно из нее выбраться не смогу

Вскоре денег стало не хватать, пошли кредиты на большие суммы — в общей сложности на 1,5 миллиона рублей. Причем брала я их на одно, а тратила на другое. Маме врала про их происхождение или просто прятала.

Какое-то время у меня получалось гасить задолженности, но потом я поняла, что больше не в состоянии платить. Начались проблемы с банками, суды.

Я прошла все стадии исполнительного производства, и это меня более-менее отрезвило.

Я всегда понимала, что я шопоголик, но не видела в этом проблемы. И только через пять лет поняла, что я в ловушке и самостоятельно из нее выбраться не смогу. Я обратилась к врачу, который поставил мне диагноз «ониомания». Я прошла курс психотерапии, это мне очень помогло.

С долгами я разобралась и сейчас могу себя контролировать. Раньше за счетами следила мама, а я вообще не заморачивалась, зная, что она всегда мне поможет. Но мама умерла меньше года назад, поэтому теперь я просчитываю все траты наперед.

Иногда у меня случаются срывы. Например, два года назад я за два дня оставила порядка 50 тысяч в «Иль де Ботэ». Самое смешное, что половину косметики я раздарила. Иногда у меня бывает продуктовый шопоголизм.

Я не думаю, что это так страшно, все-таки дорогие продукты полезнее, да и шопоголизм не проявляется в прежних масштабах.

Теперь я обдумываю покупки и стараюсь себя ограничивать, а на брендовые шмотки деньги уже не трачу.

«Я не ела весь день, чтобы на сэкономленные деньги купить какую-то безделушку»

Александра, 23 года, Москва:

Я поступила в колледж и переехала из родного города в Москву.

Из-за плотного графика учебы — я занималась с 8 утра до 7 вечера, включая субботы, — и ощущения того, что я не вливаюсь в коллектив, я жила в состоянии постоянного стресса.

Думаю, он и стал причиной моего шопоголизма. Таким образом я снимала тревогу и усталость; покупки давали мне ощущение уверенности в себе и в каком-то смысле успешности.

Я тратила деньги в основном на одежду, косметику и канцтовары. Меня завораживали скидки. В торговых центрах мне хотелось всего и сразу.

Покупая одну вещь, я получала порцию эйфории, а потом во мне просыпался азарт: хотелось найти еще что-нибудь красивое и уложиться при этом в очень ограниченный бюджет. Мне очень повезло, что на тот момент у меня было не так много денег.

Я тратила стипендию, деньги, которые присылали родители, и заработанное на подработках. Я не влезала в долги, но порой доходило до такой строгой экономии, что я могла не есть весь день, чтобы на сэкономленные деньги что-то купить.

В этом было что-то охотничье: мои покупки были моими трофеями, но после оплаты я быстро теряла к ним интерес. Часть вещей я в дальнейшем раздавала. Но если с одеждой было проще, то с косметикой куда сложнее: большей ее частью я даже не успевала пользоваться.

Друзья часто шутили, что я люблю потратить денежки на всякую ерунду. Никто всерьез не думал, что у меня проблемы

Родные не знали о моей зависимости, потому что я жила далеко от них. Друзья часто шутили, что я «люблю потратить денежки» на всякую ерунду, никто всерьез не думал, что у меня проблемы, да и я сама об этом не знала и все больше и больше погружалась в свою зависимость.

Так продолжалось полгода, пока в один прекрасный момент я вдруг не поняла, что покупки больше не доставляют мне удовольствия, а походы по торговым центрам стали рутиной и отнимают много сил.

Я заметила, что мои сверстницы отдают предпочтение одной, но качественной вещи, в отличие от меня, покупающей все подряд.

Я задумалась: а зачем мне вся эта куча вещей, которой хватило бы на открытие магазина? Мой выбор был цикличен: я покупала только любимые косметические продукты и любимые на тот момент футболки.

Я поняла, что нужно научиться контролировать свои «хочу купить», взвешивать все за и против, и начала работать над собой. Для начала я строго ограничила бюджет, чтобы не было лишних денег на безделушки. Поставила цель поехать в путешествие и убедила себя, что это приоритет.

Когда я очень хотела что-то купить, заходила на сайты магазинов с дорогой или недоступной для России доставкой, смотрела товары, добавляла их в корзину, но ничего не покупала. Я любила делать это перед сном, наутро было такое же ощущение, как и после реальных покупок.

Потом я начала изучать маркетинг, чтобы понять на какие уловки идут магазины, смотрела много видео о том, как экономить и правильно вести бюджет. Это более сложная часть, но самая эффективная. Благодаря этому я научилась с умом тратить деньги.

«Я остановилась, когда сильно превысила лимит по кредитке»

Дарья, 24 года, Балашов:

Моя семья всегда жила небогато, поэтому в детстве мне редко покупали то, что мне хотелось. Да и одеждой тоже не баловали. Мой шопоголизм начался, когда у меня появились свои деньги — стипендия, и длился пять лет.

Я стала наверстывать упущенное: сначала скупала косметику, потом перешла в интернет-магазины, там вообще удобно — даже из дома выходить не надо.

Я спускала на покупки все деньги, а на реально нужные вещи у меня не хватало.

После института я устроилась на работу и в первый же год влезла в долги. Завела кредитную карту: не планировала все с нее тратить, думала, только на крайний случай, но потом заказала себе подарок на день рождения — и понеслось. Я радовалась, что наконец-то могу купить себе все, что хочу.

Частенько вещи, особенно одежда, валялись в шкафу годами — и продолжают валяться. О некоторых покупках сейчас жалею, но тогда не представляла, как смогу без них прожить.

У меня не ладилась личная жизнь, я страдала от одиночества и таким способом хоть как-то доставляла себе радость, чтобы хоть иногда обо всем этом забыть.

Я скрывала от родных свою зависимость, но в какой-то момент об этом узнала мать. Она требовала, чтобы я держала себя в руках и перестала спускать деньги на всякое барахло.

Остановилась я лишь после того, как превысила лимит по кредитке на 45 тысяч рублей; я просто ее заблокировала. Косметику больше не покупаю, наверное, «наигралась», теперь стараюсь брать только самое необходимое.

Зарплата у меня небольшая — не разгуляешься, приходится экономить. Да еще и долг выплачиваю — осталось 30 тысяч.

«После покупки я чувствовала успокоение — как наркоман, получивший дозу»

Марина, 32 года, Нижний Новгород:

В детстве я, как и все девочки, любила новые игрушки и новые платья для Барби. Мама старалась покупать игрушки, а отец, наоборот, был против: он военный и очень строго воспитывал нас с братом. При этом у меня было много игрушек, но я вечно сравнивала себя с другими детьми и чувствовала себя обделенной. Я мечтала о домике для Барби и куче нарядов для нее.

Когда я стала зарабатывать сама, то 80–90% зарплаты тратила на ерунду — на новые наряды, подарки, безделушки домой. Я делала покупки почти неосознанно: мне просто нравилось держать вещь в руках и обладать ею. После покупки я чувствовала успокоение — как наркоман, получивший дозу.

Занимала деньги у друзей или родителей, если прямо «чесалось» что-то купить. Кредиты, к счастью, не брала, а с долгами быстро рассчитывалась. Друзья и родители знали о моей зависимости; отца это беспокоило, остальным казалось нормальным: в нулевые был бум на шопинг, и многие даже стали мне подражать.

Правда, подруги в магазине могли сказать себе «нет, доделаю ремонт, вот тогда», а я — никогда. Даже если в один день говорила «нет», на следующий возвращалась за вещью и покупала. А если ее не оказывалось на месте, упрекала себя, что надо было сразу брать.

Мой молодой человек вместо извинений за какую-то провинность предпочитал сказать: «Пойдем тебе что-то купим».

Собираясь в отпуск, я не знала, за что хвататься, чтобы собрать чемодан, в итоге брала минимум и потом возвращалась с кучей вещей и сувениров. Носила одежду месяц, а потом закидывала подальше и искала что-то поновее.

Обманывала себя, что обновка — это способ снять стресс, усталость и почувствовать себя крутой-красивой-интересной. Но чем больше в моей жизни становилось вещей, тем сложнее было достичь гармонии с собой.

Стресс никуда не уходил, зато уходили деньги, а вместе с ними — и моя уверенность в себе.

Рассортировала вещи на «радует»/«не радует» и была в шоке от кучи ненужного барахла. Потом посчитала, во сколько это обошлось, и возненавидела себя

Мне повезло встретить моего нынешнего мужа, который не понимал, зачем все это тащить в дом. Он аскет, а я когда-то называла его скрягой.

Под его влиянием и я стала задаваться вопросами: «Нужно ли мне это? Что мне это дает? Стану ли я счастливее?» Уровень спонтанных покупок снизился, я разлюбила торговые центры и стала осознаннее относиться к покупкам.

Выбирая что-то в интернете, я даю себе время подумать (если бы вещь находилась в обычном магазине, купила бы сразу). Я стараюсь изучить ассортимент на сайте, посмотреть, как вещи сочетаются между собой, и лишь потом покупать.

Летом я прочитала книгу «Магическая уборка» и, наконец, решила расстаться с ненужными вещами. Рассортировала их на «радует»/«не радует» и была в шоке от кучи ненужного барахла. Потом посчитала, во сколько это обошлось, и возненавидела себя: за эти деньги можно было съездить в несколько путешествий, купить недорогой автомобиль. А пришлось сдать на утилизацию или просто выбросить.

Сейчас я стараюсь не покупать ничего, кроме действительно нужного. Беру только базовые вещи, которые легко сочетать друг с другом и которые не выйдут из моды через месяц. Для дома пока ничего не покупаю (а раньше тащила каждую понравившуюся вазу и тарелочку).

Сейчас я мечтаю об интерьере в стиле минимализм или лофт, чтобы для лишних вещей просто не было места. Хочу, чтобы было чисто, свободно и светло, а в голове по утрам не мелькала мысль: «Столько вещей и нечего надеть».

«Я стала брать вещи, не смотря на ценник и не думая, а стоят ли они своих денег»

Татьяна, 25 лет, Москва:

Деньги тратить я начала в старших классах, как только у меня появились суммы на карманные расходы. Я тратила все на одежду, канцелярию и книги — и так по накатанной. Будучи студенткой, я провела ревизию в своем шкафу и увидела, что могу в течение года надевать разные вещи и не повторяться. Потом я осознала, что не выхожу каждый день куда-то, но все покупаю и покупаю новую одежду.

Когда я стала работать, часто брала в долг у родственников и тратила деньги на вещи, в которых не было особой надобности. Зарплата у меня поначалу была небольшая, в долг я брала суммы, превышающие ее в два раза, а потом в течение полугода потихоньку отдавала — хорошо, что зарплата росла, иначе не получилось бы вернуть так быстро.

Родные не принимали моего шопоголизма и иногда ругали. Мои знакомые легко покупали вещи и так же легко с ними расставались. Не то чтобы я на них равнялась, просто мне хотелось такой же расслабленности.

Я покупала, а потом не могла выкинуть, потому что потратила на это деньги. Так было с книгами на английском языке. Смотришь на них, понимаешь, что нужно изучать — а в итоге они просто занимают место на полке.

Одни расстройства!

Покупки поднимали мне настроение, но потом меня стали страшно раздражать магазины

Новые покупки помогали снимать стресс. Когда я стала хорошо зарабатывать, просаживала всю зарплату, чувствуя, что я могу себе это позволить. Я стала брать вещи, не смотря на ценник и не думая, а стоят ли они своих денег. Иногда ограничивала себя тем, что покупала одну дорогую вещь, чтобы не тратиться на тысячу дешевых.

Покупки поднимали мне настроение, но потом меня стали страшно раздражать магазины. Я по привычке ходила туда, даже иногда заставляла себя. В голове засела навязчивая мысль: найти что-то необычное и непременно купить. И я искала.

Осознала свою зависимость, когда мне стало не хватать шкафов и захотелось гардеробную. Я пыталась себя ограничить с переменным успехом. Недавно участвовала в марафоне «Год без покупок», но по факту сильно проштрафилась. Я наслушалась людей в сети, увлеклась минимализмом и в будущем планирую на него перейти.

Последние полтора года много трачу на онлайн-шопинг. Это очень затягивает, ведь никуда не надо ходить. Сейчас я развлекаюсь с дорогой обувью. Расходы, конечно, увеличились, но и зарплата тоже выросла.

Думаю, в шопоголизме кроется нежелание взять себя в руки. Проще жить как есть и покупать снова и снова.

Источник: https://snob.ru/entry/156560/

Юридический спектр
Добавить комментарий