Чистосердечное признание под давлением,группы лиц

«Чистосердечное признание» в духе ФСБ: что настораживает в допросе украинского «диверсанта»

Чистосердечное признание под давлением,группы лиц

11 августа в российских СМИ появилось видео допроса активиста и участника АТО из Энергодара Евгения Панова, которого в российской ФСБ обвиняют в подготовке терактов на территории Крыма по заданию Главного разведуправления Минобороны Украины. На видео Евгений Панов признается во всем, что ему инкриминируют российские спецслужбы, и называет несколько имен якобы кадровых офицеров Украины, которые якобы руководили сорвавшейся диверсией.

Это видео стало вторым, на котором российская сторона показала Евгения Панова после задержания в Армянске в ночь с 6 на 7 августа.

В первый раз он в наручниках был представлен 10 августа в сюжете российского государственного телеканала «Россия 24», а во второй – на следующий день на сайте российского телеканала РЕН-ТВ, уже во время допроса.

«Во вражеском плену человек говорит все, что нужно»

На представленном видео Евгений Панов в течение пяти минут признается во всем, что ему предъявили в ФСБ накануне, подтверждая и свой статус диверсанта, и то, что он действовал по заданию Главного разведуправления Минобороны Украины.

В то же время немало тех, кто имеет опыт проведения допросов, сомневаются в том, что сказанное Пановым является достоверным и озвучено им по собственной воле.

Как отметил в комментарии Крым.Реалии директор департамента коммуникаций МВД Украины Артем Шевченко, сказанное Евгением Пановым на допросе невозможно рассматривать как доказательство его вины, в первую очередь, потому, что следственные действия проводились на оккупированной территории.

«Во вражеском плену человек говорит все, что нужно пленившим. Партизанка Зоя Космодемьянская, выдерживавшая пытки немцев, – это исторический вымысел. При нынешнем уровне развития фармакологии в мире и способностях ФСБ России никакого насилия может не потребоваться. Человек может признаться в любых преступлениях», – сказал он.

Правозащитники, в свою очередь, предполагают, что к Евгению Панову применялись пытки перед публичным допросом. На лице Евгения Панова имеются следы побоев: у него глубокая рана на лбу, неестественно опухшие губы и, похоже, выбиты зубы.

Пять минут признаний

Сомнения в истинности признаний Евгения Панова возникают уже на первых минутах допроса. Поведение задержанного свидетельствует о том, что его показания контролирует кто-то за кадром.

Это отчетливо видно по эпизоду, когда он отвечает на вопрос о том, имеется ли у него боевой опыт. Евгений Панов говорит о своей службе в зоне АТО с августа 2014-го по август 2015 года. Далее возникает пауза, затем он кивает головой кому-то за кадром и продолжает: «…

В составе 37 отдельного мотопехотного батальона, который входит в 56 бригаду».

Второй момент, который обращает на себя внимание, – это ответ Евгения Панова на вопрос об отношении к Главному разведуправлению Минобороны Украины. «Был приглашен в Киев. Объяснили: создается группа для проведения диверсионных акций на территории Республики Крым», – говорит он.

Формулировка «Республика Крым», которую он употребляет, вызывает сомнения, поскольку так полуостров называют только те, кто признают российский захват полуострова

Формулировка «Республика Крым», которую он употребляет, вызывает сомнения, поскольку так полуостров называют только те, кто признают российский захват полуострова, отмечает крымская журналистка Татьяна Гучакова.

В прошлом году она прошла через допросы ФСБ в Крыму по уголовному делу в отношении своего коллеги – эксперта «Майдана иностранных дел» Андрея Клименко и не понаслышке знает, какие методы применяются российскими спецслужбами, чтобы получить от людей нужную информацию.

«Перестарались ребятки. Текст немного по-дебильному написан. Ну, не может житель материковой Украины говорить «Республика Крым».

Житель Крыма, выехав на материк, может «на автомате» назвать гривну рублем, вставлять какие-то еще запоребриковые слова. Потому что фактор окружения влияет на нашу речь часто независимо от нашего желания.

Но чтобы материковый украинец неоднократно назвал Крым «республикой» – не верю», – пишет она на своей странице в .

https://www.youtube.com/watch?v=PUNCFENdqmA

Также следует отметить, что в видео допроса имеется множество склеек, то есть из него многократно вырезали какие-то моменты в ходе допроса.

Евгений Панов признается во всем, что ему ранее инкриминировала ФСБ. По его словам, в Киеве была создана группа для проведения диверсионных акций в Крыму, в состав которой вошли кадровые офицеры главного разведуправления Минобороны Украины.

Он также назвал имена якобы кураторов этой операции – Александра Кириллова с позывным «Кирилл», кадрового офицера с именем Дмитрий, Олега Петренко с позывным «Лис», Алексея Сандула с позывным «Сай», человека с позывным «Дешек» и Владимира Сердюка.

В Минобороны Украины, в свою очередь, опровергли причастность указанных лиц к главному управлению разведки.

«По задаче Сердюка мы с Сандулом Алексеем проехали через города Армянск, Красноперекопск, Джанкой, Феодосия, Керчь, чтобы посмотреть объекты диверсий.

В качестве объектов диверсий были определены паромная переправа. Нефтебаза Феодосии, вертолетный полк, объекты города Джанкой и химический завод «Титан».

После выполненных задач мы вернулись на территорию Украины», – говорит в ходе допроса Евгений Панов.

После возвращения на материк, по его словам, в сотрудники разведки заплатили ему за работу 3,2 тысячи гривен.

Евгений Панов также рассказывает, что по указанию Александра Кириллова возле Армянска был заложен тайник с комплектами формы российской армии с боеприпасами и о том, что был задержан сотрудниками ФСБ во время своей очередной поездки в Крым.

Данный факт оспаривают уже родные и знакомые задержанного, которые накануне заявили, что после российской аннексии полуострова он ни разу не ездил в Крым и не собирался, осознавая угрозы для себя как участника АТО. «Он неоднократно говорил, что пока Крым снова не вернется в Украину, он никогда в жизни туда не поедет.

В Крыму у него нет ни друзей, ни родственников», – утверждает брат задержанного Игорь Котелянец.

Опыт Афанасьева

Одним из тех, кто не верит в признания Евгения Панова, является бывший крымский политзаключенный Геннадий Афанасьев, которого в 2014 году задержали в Крыму по похожему обвинению в терроризме.

Российскими телеканалами тогда точно так же было обнародовано видео с его допроса, в котором политзаключенный признается в связях с «Правым сектором» и подготовке терактов в Симферополе в группе с другими политзаключенными Олегом Сенцовым, Александром Кольченко и Алексеем Чирнием.

Через год, уже отбывая наказание в российской тюрьме, он, несмотря на давление, отказался от своих показаний и смог публично заявить в Северо-Кавказском военном суде, что давал их под пытками ФСБ.

Просматривая видео допроса Евгения Панова, Геннадий Афанасьев допускает, что это происходило даже в том же помещении, в котором ранее допрашивали его. «Вроде бы кабинет узнаю.

Я уверен, что все, что говорит Панов в плену, является следствием жестоких пыток, которые применяются к нему со стороны ФСБ.

Могу представить и даже почувствовать, через что он сейчас там проходит», – заявил он Крым.Реалии.

Ко мне после недельных пыток пришел палач из московского ФСБ и сказал, что если я не расскажу то, что нужно, то продолжат пытать меня и мою мать

Геннадий Афанасьев рассказал, что в его случае сценарий допроса был таков: «Ко мне после недельных пыток пришел палач из московского ФСБ и сказал, что если я не расскажу то, что нужно, то продолжат пытать меня и мою мать.

Еще он дал мне бумагу с распечатанным текстом, я должен был рассказать так, как там написано. После этого завели журналистов «Россия 1», которые снимали мои показания.

Свидетельства были заранее спланированы и распечатаны, я подписывал их против себя и других на уже готовой распечатанной бумаге».

Бывший политзаключенный говорит, что Евгению Панову срочно необходим адвокат, поскольку в противном случае ему грозит продолжение пыток. «Уверен, что Панова пытают и продолжат пытать еще определенное время, пока его не проведают адвокаты. Я постараюсь встретиться с братом Панова, чтобы дать рекомендации», – говорит он.

Ближайшие два месяца Евгений Панов проведет в симферопольском СИЗО. 11 августа Киевский районный суд Симферополя определил ему меру пресечения в виде содержания под стражей.

Источник: https://ru.krymr.com/a/27918239.html

Угрозы сроками от 10 лет и самооговор. Как используют статью 210 для давления на бизнес

Чистосердечное признание под давлением,группы лиц

В последние годы, отмечают адвокаты, суды по статье о создании преступного сообщества встали на поток. Возбуждается статья 210, появляется один из обвиняемых, который дает чистосердечное признание.

Суд рассматривает дело в особом порядке, а всех остальных обвиняют в создании и участии в преступном сообществе без особых доказательств. Но эта схема дала сбой. Мосгорсуд отменил приговор Демьяну Москвину – соучастнику обвиняемого в коррупции бывшего главы Республики Коми Вячеслава Гайзера.

Москвина осудили на шесть лет лишения свободы, но сейчас дело пересматривают: он заявил, что давал показания под давлением, а разговор со следователем записал на диктофон.

Демьян Москвин находится под домашним арестом уже больше трех лет. Поездки в суд для него – это возможность хоть ненадолго выйти на улицу. По версии следствия, в преступном сообществе, якобы организованном Гайзером, мужчина был главным финансистом.

В начале ноября Демьян Москвин заявил, что отказывается от своих признательных показаний. Он утверждает, что работал обычным юрисконсультом в московской фирме, а показания давал под давлением.

Его адвокат Сергей Сафронов утверждает, что давление на Москвина начали оказывать сразу после задержания. “Как он говорит, высокие чины сказали: либо ты поступаешь так, как мы тебе говорим, и все признаешь, даже то, чего не было. Либо так, или иначе вместо твоих немногих статей, которые мы тебе приготовили, – еще целый ряд”.

По словам Москвина, следователи предлагали ему дать признательные показания и оговорить себя и других фигурантов дела Гайзера в обмен на условный срок.

Он смог записать разговоры со следователями. Голос на пленке, по словам обвиняемого, принадлежит следователю по особо важным делам при председателе СК России генералу Николаю Тутевичу. На одной из записей такая беседа:

“А что я там должен сказать? – Расскажешь как есть, как в обвинении написано, грубо говоря. Не надо пересказывать. Я по эпизоду по такому-то признаю себя, по птицефабрике “Зеленецкая”, я участвовал, что там еще, СПК, я участвовал, я распределял в дальнейшем по указаниям Зарубина эти доходы. Я знал, что там завышена оценка, я знал, что там по птицефабрике … вкратце”.

На этапе следствия Москвин подписал досудебное соглашение, следователи говорили ему, что у них существует некая договоренность с судьей, благодаря которой, юрист должен был получить условный срок.

Из аудиозаписи:

“Вы мне сказали, что может и условный срок быть, я как бы рассчитываю на него. – Теоретически! – Мы разговариваем об этом. Понимаешь, нет? – Ну а почему вам не сказать это прямо. Простите, я закончу фразу.

– Демьян! – Вот для вас ничего не стоит три года держать людей в тюрьме до суда. Для вас, что, ничего же не стоит дать мне три года отсиженных. – Так не мы же даем! Мы можем попросить! – Вы попросили об этом? – Да.

Все попросили, все, договоренность уже есть”.

Если на заседаниях суда Москвин говорил что-то, что не нравилось следователям, его вызывали на разговор.

Эти аудиозаписи сделаны в феврале и апреле 2018 года:

“Она же тебе продиктовала, что надо говорить! Дураку, б***! Я тебя тоже от*** сегодня!”

“Тебе что сказали? Не пи***! А ты чего язык разворачиваешь? Я понимаю тебя, что ты хочешь показать, какой ты хороший, что ты хочешь их изобличить.

Не надо ни х***! За*** ты уже, б***! Ты нам очень нужен! Если ты сейчас будешь хвостом вилять, я тебя арестую, ты пойдешь в Бутырку.

Как только какая-то х*** будет, я тебе сразу предъявляю обвинения по новому делу и арестовываю на х***. И новые сроки пойдут”.

Впервые в СМИ пленки оказались в середине мая, после того, как суд вынес Москвину приговор. Судья отправила его в колонию строго режима на шесть лет. Его признали виновным по трем статьям: за мошенничество, за отмывание денежных средств и за организацию и участие в преступном сообществе. Последняя из них стала очень популярна у следователей, ведущих экономические дела.

Алексей Федяров, руководитель юридического отдела “Русь сидящая”, говорит, что статья 210 при расследовании дел экономической направленности “прекрасно воздействует на обвиняемого”:

“Когда человек понимает, что он сейчас будет арестован по особо тяжкому составу – даже не по тяжкому: “мошенничество” – это тяжкий состав, до 10 лет лишения свободы. А 210-я – это уже очень серьезно. Человек понимает, что он может получить лишение свободы на 12-13 лет, и это будет строгий режим. Обоснованно ли привлечение людей по 210-й во всех случаях? Конечно, нет.”

После публикации аудиозаписей разговоров со следователями Москвину отменили приговор и вернули дело на новое рассмотрение. По словам адвоката Москвина, на данный момент давление на его подзащитного не оказывают.

“Статья 210 не подходит чиновникам и бизнесменам”

Адвокат по делу Гайзера Карен Гиголян в эфире “Вечера с Тимуром Олевским” рассказал, почему считает дело бывшего губернатора Коми Вячеслава Гайзера очень важным прецедентом и почему статью “создание преступного сообщества” нельзя применять для чиновников и бизнесменов.

– Правоприменитель отошел от ее [статьи 210 – НВ] изначального предназначения, которое заключалось в том, чтобы бороться с организованными преступными группировками под сильным лидерским руководством, с применением оружия, с совершением насильственных преступлений. В этом смысле, если применять ее по отношению к таким группам, я думаю, что она в этом смысле подходит.

Но она не подходит лицам, которые совершили экономические преступления. Она также абсолютно не подходит к чиновникам, поскольку чиновники априори объединены между собой общей целью, допустим, управлением субъектом Российской Федерации.

Управление субъектом Российской Федерации в составе правительства области, края, республики предполагает обязательное подчинение нижестоящего чиновника вышестоящему при исполнении своих должностных полномочий, предписанных должностной инструкцией. Правоприменитель – следственные органы, оперативные службы – к сожалению, старается сейчас привлекать к уголовной ответственности, вменяя 210-ю, и, на мой взгляд, совершенно необоснованно.

Чем руководствуется правоприменитель, если можно вышеуказанные органы назвать так? Он руководствуется тем, что статья 210-я Уголовного кодекса Российской Федерации позволяет держать обвиняемых под стражей, избирать, во-первых, в их отношении самую строгую меру пресечения в виде содержания под стражей, продлевать эту меру пресечения, которая ограничена законом 12 месяцами, на срок свыше 12 месяцев.

Дела объемные, они требуют комплексного подхода, системного. Естественно, они требуют внимательного отношения и высокой квалификации следователей. Всего этого у нас нет. Дела расследуются большими следственными группами, координация между следователями следственной группы практически на нуле, исполняется воля руководителя следственной группы.

“Применение статьи 210 к предпринимателям помогает отнимать их бизнес”

Статью “создание преступного сообщества” вменяют также и бизнесменам братьям Магомедовым, совладельцам группы компаний “Сумма”. Их обвиняют в мошенничестве, растрате бюджетных средств.

Общий ущерб с 2010 года следствие оценило почти в 3 млрд руб. Но источники телеканала “Дождь” ранее утверждали, что решающим фактором для уголовного преследования Зиявудина и Магомеда Магомедовых стало французское уголовное дело против их конкурента, члена Совета Федерации России Сулеймана Керимова, и власти сочли это предательством. Сами Магомедовы свою вину отрицают.

Еще один бизнесмен, которого обвиняют в создании преступного сообщества, – это петербургский миллиардер Дмитрий Михальченко. Сообщество якобы объединяет петербургского бизнесмена с миллиардными хищениями по линии Федеральной службы охраны. В рамках этого дела арестованы чиновники и бизнесмены.

Адвокат Дарья Евменина уверена, что применение этой статьи к предпринимателям помогает отнимать их бизнес.

– По всем громким, резонансным делам вменяется статья 210-я. По всем крупным предпринимателям вменяется статья 210-я.

В том числе и для того, чтобы лица, которые оказались в этой ситуации, испытывали ужас и непонимание от самых строгих санкций этой статьи, ведь она предусматривает по третьей части от 15 до 20 лет.

Это очень серьезные санкции, и люди, оказавшиеся в этой ситуации, просто не понимают, что им делать. А дальше уже идет ряд последовательных действий – отъем бизнеса, признательные показания, а, скорее, самооговор.

Источник: https://www.currenttime.tv/a/businessmen-crime-russia-law/29656784.html

Леонид Развозжаев рассказал о пытках

Чистосердечное признание под давлением,группы лиц
23 октября группа правозащитников встретилась в СИЗО Лефортово с Леонидом Развозжаевым, похищенным в Киеве помощником депутата Госдумы Ильи Пономарева. Развозжаев рассказал им о том, как его доставили в Россию и вынудили написать явку с повинной.

Следствие утверждает, что от Развозжаева получено чистосердечное признание в организации “массовых беспорядков на территории Российской Федерации”. По этому же делу, возбужденному после показа телеканалом НТВ фильма “Анатомия протеста 2”, проходят арестованный Константин Лебедев и лидер “Левого фронта” Сергей Удальцов.

Развозжаев рассказал правозащитникам о том, что его признание сделано под давлением, а все, сказанное им в “явке с повинной”, – неправда.

Встречи с Развозжаевым правозащитники ожидали в СИЗО пять часов. Им объясняли, что Развозжаев и Лебедев находятся на следственных действиях. Потом выяснилось, что арестованные были в своих камерах. Сопровождавший комиссию офицер назвал это “маленькой технической ошибкой”.

С Развозжаевым правозащитники общались примерно полтора часа. Заместитель председателя Общественной наблюдательной комиссии Анна Каретникова публикует в своем блоге рассказ Развозжаева о похищении в Киеве, где он обратился за политическим убежищем:

…Он отошел от здания комитета по беженцам, чтоб купить себе булочку. Его схватили не менее четверых человек и бросили в микроавтобус с украинскими номерами. Руки и ноги связали скотчем. На любую попытку пошевелиться следовал пинок в спину или плечо.

На голову натянули шапку – чтоб не видел, где находится.

Как полагает Леонид, именно на границе его из двери в дверь передали в другой микроавтобус с другими сопровождающими.

Поверх скотча надели наручники с цепями, приковывающими руки к ногам, так, что он всё время находился в согнутом положении. Эти кандалы так и не снимали вплоть до Москвы. Еды и воды не давали, в туалет не водили.

Какой-то из сопровождающих всё интересовался, наделал ли Развозжаев уже под себя. Привезли в подвал какого-то дома, видимо, частного. Стали угрожать, говорить: ты сейчас вообще вне правового поля, никто не знает, где ты, сегодня

– ты, завтра – безымянный холмик. Твоя жена работает там-то, брат там-то, а дети там-то учатся. Требовали написать явку с повинной, чистосердечное признание, говорили, что это единственная возможность остаться в живых.

Явку Развозжаев писал в наручниках, поэтому, говорит, почерк сами увидите. Часть ему диктовали. Часть предлагали выдумывать самому, но спрашивали, что напишет. Он рассказывал, они не одобряли. “Что-то Удальцов слишком пушистый получается… как это он беспорядков 6 мая не хотел?.. нет, давай лучше вот так…” И писал.

Про то, как получали финансирование на массовые беспорядки 6 мая, как организовали лагеря для боевиков, как оппозиция работает на иностранные спецслужбы, как планировали то ли взрывать, то ли блокировать железнодорожные пути. Писал, что брал деньги, хотя, конечно, никаких денег на беспорядки не брал… Для того, чтоб мог писать, сдвинули шапку с левого глаза.

Увидел, что большинство людей вокруг – в масках. Был какой-то аналитик, который знал по именам даже самых несущественных членов протестного движения. Это Развозжаева удивило. После подписания “явки с повинной” заставили зачитать его под видеокамеру. Леонид ждет, когда видеопризнание появится в Интернете. Его он делал тоже в наручниках, но в кадр, он полагает, наручники не попали.

Он полагает, что если бы не сделал всего этого, его бы уже не было в живых.

За эти три дня он съел один бутерброд

– после подписания признания. Тогда же ему дали поспать сидя два часа. В том самом подвале. Через два часа после видеобращения оттуда уехали и через 4-5 часов уже были в Москве (Леонид предполагает, что находился где-то в Брянской области). Он уверяет, что всё, написанное им в “явке с повинной” – неправда.

Леонид находится в подавленном психологическом состоянии. Он боится находиться в камере один

– боится, что вернутся те люди, которые похищали и допрашивали его.

Депутату Госдумы Илье Пономаревым не позволили встретиться с Леонидом Развозжаевым, а известному адвокату Виолетте Волковой не только не разрешили поговорить с ним, но и запретили представлять интересы арестованного.

По словам представителя Следственного Комитета, интересы Развозжаева противоречат интересам других клиентов Волковой, в том числе координатора «Левого фронта» Сергея Удальцова.

Под противоречием следует понимать то, что Удальцов не признает свою вину, а от Развозжаева, по словам следователей, получено чистосердечное признание в организации массовых беспорядков. Виолетта Волкова сказала РС, что считает отстранение от дела незаконным.

– Документа о том, что я отстранена от этого дела, у меня нет. Следователь мне соответствующих документов не подавал. Адвокат, который допущен к ведению следственных действий, и адвокат, который допущен к человеку, находящемуся в следственном изоляторе, это два совершенно разных человека.

Я, например, могу посещать в следственном изоляторе и человека, дело которого не веду на предварительном следствии. Закон мне это не запрещает. Документы, которые для этого нужны, это ордер, удостоверение и соответственные требования – для каждого изолятора своя форма. Все документы были поданы.

После этого по каким-то причинам руководство изолятора стало связываться со следствием для того, чтобы узнать – можно ли нас допустить или нельзя. Это все навевает подозрения.

Потому что действия абсолютно незаконные – руководство изолятора не имело право связываться со следствием, и следователь не имел права давать разрешения или отказывать в этом разрешении. Естественно, мы будем этим заниматься и обжаловать действия и следствия, если таковые были, и действия руководства изолятора.

По мнению адвоката Анны Ставицкой, то, как был задержан в Киеве и перевезен в Россию Леонид Развозжаев, противоречит и российским, и международным законам.

– Вопросы об экстрадиции в настоящее время достаточно четко закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе РФ и в различных международных конвенциях, которые РФ ратифицировала.

Поэтому в том случае, если на территории РФ совершил преступление какой-либо человек, и он находится на территории иностранного государства, то существуют четкие механизмы доставления этого человека на территорию РФ. Должен быть направлен запрос о выдаче, и на территории иностранного государства должен вопрос о выдаче рассматриваться.

И только в том случае, если вынесено решение об экстрадиции на территорию иностранного государства, человек может быть доставлен в РФ. А таким образом, каким был доставлен в РФ известный оппозиционер, конечно, это нарушение и внутреннего законодательства, и международного.

Но я бы хотела отметить, что в России практикуется похищение людей, которые находятся в РФ по запросу иностранных государств. Очень часто похищаются, например, лица, которых запрашивает Узбекистан и Таджикистан. Власти РФ помогают спецслужбам иностранных государств похищать людей.

Видимо, настолько привыкли помогать похищать людей, что и сами используют те же методы. Европейский суд уже даже выносил решение по одному делу о похищении таджикского оппозиционера и принял решение о том, что российские власти виноваты в том, что он был похищен, и в том, что они помогали этому похищению. А сейчас уже сами российские власти похищают.

Друг Леонида Развозжаева, писатель Сергей Шаргунов пишет в своем блоге:

Развозжаев – мой близкий друг, мы дружим уже больше десяти лет. Умный, честный, смелый, надежный, убежденный, принципиальный, отец двоих детей. Просто очень хороший человек. Вместе пройдено столько…

Я принципиально не хочу обсуждать некий треп, наложенный на некую съемку, который пытаются подверстать под статью о «подготовке массовых беспорядков». Я о другом – написать «явку с повинной» мой друг добровольно не мог. Повторяю: НЕ МОГ. Таким показаниям – грош цена. Я абсолютно уверен, что Леонида пытали.

Я полагаю, что его продолжают пытать. Происходящее не только на совести российской власти, но и на нашей совести – тех, кто слишком вяло реагирует. Леонид в заложниках.В заложниках мы все.

Я обращаюсь ко всем, кто знает Леонида и знает меня, – прошу вас помочь этому человеку, чем можете, словом или делом, если слово «человек» еще что-то значит.

24 октября адвокат Марк Фейгин подтвердил, что будет защищать интересы Леонида Развозжаева. Вот что он сказал РС о деле, возбужденном после показа фильма «Анатомия протеста 2».

– Недели полторы или две назад, когда развивалась ситуация вокруг “Анатомии протеста-2”, мы разговаривали и с Развозжаевым, и с рядом других фигурантов дела, и я рекомендовал немедленно подавать гражданский иск к НТВ. Я считаю, что это факты и ложно изложенные, и подтасованные, и использована непонятно откуда взятая съемка. Я так и не понимаю, что это: оперативная съемка или съемка участников событий. – Будете ли вы теперь настаивать на том, чтобы подавать иск к НТВ, или уже поздно и не имеет смысла? – Я считаю, что иск к НТВ обязательно надо подавать! Там даже можно поискать основания для возбуждения уголовного дела, потому что непонятно, откуда там появилась эта запись, кто ее снимал. Какие-то совершенно фантастические версии ходят, что кому-то из корреспондентов НТВ передал на улице, покуривая, какой-то грузин запись… Нужно разбираться с этим, что это за запись, откуда она взялась, и что на этой записи. Я считаю, что это лживый фильм с совершенно лживыми фактами. Я считаю, что надо подавать иски и разбираться в суде! Для этого и существует суд.

Илья Пономарев написал в своем блоге, что к Марку Фейгину может присоединиться адвокат Дмитрий Аграновский. Он будет заниматься исключительно иском к телеканалу НТВ. Сам Илья Пономарев намерен добиваться статуса беженца для своего помощника.

– Я вношу в Госдуму проект постановления с тем, чтобы организовать парламентскую комиссию, которая бы выяснила, что произошло на самом деле. В этом смысле я соглашусь даже с Владимиром Бурматовым (депутат “Единой России”, – прим.РС) о том, что такая комиссия нужна.

Но нужно, чтобы она была сформирована по-честному, по принципу равного представительства разных фракций, чтобы у Единой России не было контрольного пакета, иначе она сделает все по-своему. Плюс я начал работу с международным сообществом, прежде всего с ООН и Советом Европы, чтобы призвать Украину и Россию к уважению международных обязательств.

Важно, чтобы сейчас ООН признала: статус беженца должен был быть предоставлен Леониду Развозжаеву. Они уже подтвердили факт подачи заявления. Тогда это будет означать, что Украина нарушила свои обязательства, это повод привлечь к ответственности украинских силовиков.

По линии Совета Европы надо доказать факт похищения человека российскими спецслужбами, тогда будет наказываться эти самые работники спецслужб России.

Илья Пономарев добавил: одиночные пикеты в поддержку фигурантов уголовного дела у Следственного комитета и здания ФСБ в Москве станут ежедневными . Митинг в поддержку всех политзаключенных планируется 30 октября в Новопушкинском сквере.

Источник: https://www.svoboda.org/a/24748921.html

Чистосердечное признание Ислама Каримова. «Андижанский» процесс, или Как Ташкент готовится к участи Минска

Чистосердечное признание под давлением,группы лиц

Информационное агентство «Фергана.ру» – специально для «Нового Времени»

Суд над пятнадцатью участниками событий, произошедших в Ферганской долине в середине мая, по мнению генпрокуратуры Узбекистана, должен поставить в андижанском деле жирную точку. Однако сгодится это обоснование только для внутреннего использования: мировое сообщество, за исключением двух-трех стран, не относится к судебному процессу в Ташкенте с доверием.

Напомним, 13 мая в узбекском городе Андижане произошли волнения, приведшие к массовым человеческим жертвам.

Правозащитники и независимые журналисты, оказавшиеся очевидцами событий, заявили, что в городе от рук правительственных отрядов специального назначения могли погибнуть до тысячи и более мирных демонстрантов, среди которых находились от нескольких десятков до полутора сотен вооруженных людей.

Официальная версия произошедшего была озвучена лично президентом страны Исламом Каримовым на брифинге 17 мая: «во время беспорядков в городе погибли 10 милиционеров, около 100 пострадали, столько же раненых со стороны нападавших, число убитых боевиков уточняется» и «вся ответственность за кровопролитие лежит на местной религиозной группировке «Акромийлар», считающейся отделением исламской партии «Хизб-ут-Тахрир», а также на просочившихся из Афганистана и Киргизии «международных террористах».

Только для своих

В течение четырех месяцев, предшествовавших судебному разбирательству, позиции официальных властей Узбекистана и международных организаций не изменились.

Первые продолжают настаивать на версии об «акте международного терроризма», вторые – обвиняют Ислама Каримова в геноциде собственного народа и призывают к независимому расследованию.

Изменились лишь данные о жертвах, которыми оперирует сегодня следствие: на сегодня погибшими считаются 187 человек, из них 60 гражданских лиц и 31 сотрудник правоохранительных органов. Раненых – 287.

С мая по сентябрь лучшие пропагандистские силы республики занимались обработкой общественного мнения и созданием образа «врагов независимого Узбекистана». Все это время местная пресса и телевидение с подачи власти усердно клеймили позором «террористов» и «предателей».

Дискуссии в узбекском обществе о причинах андижанских событий не то чтобы не получилось – власть просто ее не допустила. Цензура в печати приобрела самые жесткие формы: в СМИ были спущены четкие письменные инструкции о том, как именно следует освещать события в Андижане.

Журналисты иностранных СМИ сразу попали в разряд «наймитов Запада» и «продажных газетчиков». А одно из двух главных изданий республики – «Правда Востока» – устами своих анонимных авторов предложило не только показать всех «радетелей свободы слова» по телевизору, но и «отправить журналистов в другую страну».

Еще в мае из Ташкента были выдворены съемочные группы телеканалов НТВ и REN-TV, а позже при попытке въезда в Ташкент депортирован российский журналист Игорь Ротарь.

По сей день так и не дождались разрешения посетить Андижан более пятидесяти иностранных репортеров, а ташкентский офис корпорации Би-би-си под давлением властей покинули почти все его сотрудники.

Со страниц местных изданий Узбекистан предстал гордой страной, против которой ополчился весь мир. Название очередной книги главы государства превратилось в постоянно циркулирующее в прессе заклинание «Узбекистан никогда и ни от кого не будет зависеть», недвусмысленно намекающее на интриги «мировой закулисы», которая спит и видит, как бы где устроить очередную «бархатную революцию».

Текст для подсудимого

Пропагандистская обработка населения, проводимая в условиях информационного вакуума, должна была выработать у рядового узбекского гражданина следующую картину. Ферганская долина кишит боевиками-исламистами, пробравшимися из «третьих стран».

«Демократический» Запад как минимум попустительствует мусульманским фундаменталистам и международным террористам, посылая мешки с долларами для провокаторов из НПО и, заранее зная о волнениях, направляет прощелыг-журналистов на места – для «информационной поддержки террора».

Беженцы, вывезенные силами Управления верховного комиссара по делам беженцев при ООН в Румынию, – замаскированные боевики-«ваххабиты» и «хизбутчики». А правозащитники – бизнесмены, зарабатывающие на проблемах «клиентов» миллионные гранты.

На суде обвинение отправилось по пути мифологизации событий в Андижане еще дальше. Заместитель генпрокурора «выяснил», что базы для подготовки террористов располагались на городских стадионах в Киргизии, а финансовые центры – в России, в Иванове.

По словам государственного обвинителя, антиправительственные действия в Андижане контролировал из Пакистана лично лидер Исламского движения Туркестана Тахир Юлдаш, а участие в мятеже принимали чеченские наемники и «люди в арабских одеждах».

По версии следствия, в руководстве мятежом принимал участие и сам главарь «акромистов» Акром Юлдашев: находясь в одной из строго охраняемых узбекских тюрем, он якобы отдавал приказы сообщникам по мобильному телефону.

В первый же день слушаний сразу полтора десятка подсудимых признали себя виновными в попытке вооруженного захвата власти с целью создания на юге Узбекистана религиозного государства. Роль, отведенная этим первым пятнадцати, – главная.

Они сидят за решеткой, одетые в однотипные рубашки разных цветов и обутые в совершенно одинаковые недорогие китайские туфли. «Это каторжные колодки одного размера», – подсказывает нам метафору один из немногих журналистов, получивший право присутствовать в зале заседания.

Каждый день эти пятнадцать человек в унисон рассказывают нам то, что хотят услышать власти Узбекистана.

«Их речь не похожа на речь андижанских провинциалов. На мой взгляд, они выражаются чересчур литературно. Даже таким языком, которого никто никогда не слышал. К примеру, вместо широко употребляемого слова «сотка» они используют режущий слух узбекский неологизм «ручной телефон».

При необходимости без запинки приводят целый ряд номеров мобильников и автомашин, фигурирующих в деле, – делится своими подозрениями репортер, присутствующий на слушаниях.

– Ощущение такое, что они долго заучивали текст, написанный опытным и весьма грамотным человеком, ведь говорят они без запинки».

Выступление каждого из обвиняемых начинается со слов: «Я бы хотел попросить прощения у президента Узбекистана, у всех присутствующих, у вас, господин судья, у всех, перед кем я виноват, кого я ранил или убил. Я осознал свою вину и недостоин жить, но выслушайте мою правдивую речь».

«Позвоните Путину!..»

Каждому из подсудимых угрожает смертная казнь – ведь все они проходят по расстрельным статьям.

Несмотря на то что несколько месяцев назад Ислам Каримов издал указ, отменяющий смертную казнь, в действие он вступит только в 2008 году, то есть уже после того, как закончится срок президентских полномочий.

Расстрельная статья, «висящая» над подсудимыми, позволяет предположить, что им пообещали жизнь и помилование президента в обмен на «правильное поведение».

У правозащитников и экспертов по региону есть самые серьезные основания полагать, что признания выбиты под пытками: слишком уж они синхронны.

Еще в 2003 году специальный докладчик ООН Тео Ван Бовен по результатам инспектирования узбекских тюрем заявлял, что «пытки применяются в стране систематически».

Рассказы анонимных работников узбекских спецслужб, свидетельствующих о «радикальных» методах ведения следствия, периодически просачиваются на страницы прессы и сегодня.

https://www.youtube.com/watch?v=O4aeu2sT4-0

Еще один штрих: родственникам подсудимых было отказано в выборе независимых адвокатов. Суд мотивировал это решение тем, что у них якобы не было средств для найма собственных защитников. Государственная защита, положенная каждому по закону, ограничивается лишь озвучиванием весьма риторических вопросов к своим подопечным, не рискуя даже нащупать пути для их хотя бы частичного оправдания.

Поверить в беспристрастность узбекского правосудия и в законность вынесенных решений, основанных, кажется, только на признательных показаниях заранее назначенных преступников, будет нелегко.

Опубликованные незадолго до суда доклады ООН, комиссии ОБСЕ и нескольких правозащитных центров, основанные на свидетельствах очевидцев и независимых журналистов, прямо противоположны данным генпрокуратуры Узбекистана.

Независимые эксперты отвергают тезис о попытке совершения в Андижане «исламского переворота» с использованием методов террора, не исключая, однако, того, что восставшие были вооружены.

Однако взять в свои руки автоматы заставили андижанцев не любовь к халифату и не принадлежность к «Аль-Каиде», а тотальная нищета, многолетний произвол властей, политическое бесправие, безысходность и отчаяние.

В Комиссариате ООН по правам человека пришли к выводу, что количество жертв может значительно превышать официальные цифры.

Ответственность за трагедию ООН возложила на узбекских военных и представителей спецслужб, «которые стреляли в толпу без предупреждения». Эти действия узбекских властей квалифицируются как «грубейшие нарушения прав человека».

Сотрудники комиссии ОБСЕ в своем докладе отметили, что, борясь с «террористами», власти расстреливали в том числе и мирных демонстрантов.

А 30 сентября в Конгресс США был внесен проект резолюции, требующей возбуждения дела против президента Узбекистана Ислама Каримова в Международном уголовном суде.

Одновременно госдеп ввел санкции против Ташкента, полностью прекратив выплату уже обещанной финансовой помощи.

Бойкот, объявленный Узбекистану Западом, привел республику к тотальной политической и экономической изоляции от старых союзников, одновременно толкнув ее в объятия новых.

В этой связи любопытно привести один эпизод андижанских событий, о котором сегодня почти уже никто не вспоминает.

Авторы данной статьи были одними из немногих журналистов, которым удалось лично поговорить с лидерами «акромистов» в тот момент, когда они находились в ожидании штурма в захваченном накануне здании Андижанской обладминистрации.

«Позвоните Путину! – кричал в трубку один из организаторов восстания, узнав, что мы представляем информагентство из Москвы. – Мы не исламисты, мы хотим, чтобы Россия выступила посредником на наших переговорах с властью!..

Мы просто хотим, чтобы нас услышали!»

Как видно, мольба о помощи не дошла до адресата. В Кремле с большим доверием отнеслись к версии официального Ташкента.

Можно предположить, что во время поспешного визита Ислама Каримова в Москву Кремль получил от узбекского лидера чрезвычайно выгодные для себя предложения в ответ на предполагаемую поддержку.

Проблемы каких-то там узников совести, бесправных бизнесменов и расстрелянных в Ферганской долине манифестантов померкли перед столь геополитически важной перспективой быстрого изгнания из «азиатского подбрюшья» военных баз США.

Однако сегодня отчетливо ясно, что большинство других стран все же не приемлют практики массового убийства гражданского населения и не примут на веру решения ташкентского «правосудия». Лишь Россия и Китай так безоговорочно поддержали действия правительства Узбекистана, что сами рискуют превратиться в моральных изгоев.

Как разрешится эта ситуация? Станет ли ташкентский суд точкой отсчета нового процесса поляризации мира? Могут ли в будущем под давлением международного сообщества Москва и Пекин пересмотреть свои отношения с Ташкентом? Или каждый из новоявленных друзей узбекского диктатора готов в пух и прах разругаться с западными партнерами, уже всерьез намеренными рано или поздно призвать режим Ислама Каримова к ответу?

Даниил Кислов, Алексей Волосевич

Информационное агентство «Фергана.ру» – специально для «НВ»

  • Узбекский правозащитник Сурат Икрамов рассказывает об Андижане, 29.09.2005
  • Источник: https://www.fergananews.com/articles/4021

    Юридический спектр
    Добавить комментарий